Так что со всей московской стратосферой нужно было встречаться лично вне зависимости от уровня важности дел.
— Секретарь товарища Николаева, Пожарская. Говорите вас слушают. — Елена, взявшая трубку радиотелефона, чуть нахмурилась. — Представьтесь пожалуйста. Нет я не могу говорить где мы находимся, пока личность абонента не подтверждена. Нет, я не могу этого сделать. Всего доброго. — Девушка вернула трубку на аппарат. — Хамло.
— Что хотел? — Спокойно спросил Виктор.
— Не представился, а сразу такой, «вы где?» А когда я объяснила, что не могу назвать местонахождение пока не подтверждено право абонента знать такую информацию, обматерил меня.
— Что сделал? — Виктор отложил в сторону вилку.
— Ну, по матушке по-всякому… — Лена покраснела.
— Дай-ка мне аппарат. — Виктор за ремень подхватил телефон, и положив его к себе на колени, нажал кнопку вызова узла связи.
— Дежурный узла связи лейтенант Вартанян, слушает.
— Здесь кодовый двадцать семь тринадцать.
— Слушаю товарищ подполковник.
— Кто сейчас звонил на мой номер?
— Секунду… — в трубке раздался щелчок, и снова проявился голос дежурного. — Вызов произведён с аппарата начальника госагропрома, Вольдемара Петровича Леина.
— Запись разговора, заверенную дежурным и старшим дежурным, пришлите сейчас в секретариат Верховного Совета для Николаева. И соедините меня с этим абонентом… — Короткий гудок и в трубке зазвучал густой мужской баритон.
— Вольдемар Леин у аппарата.
— Добрый день Вольдемар Петрович.
Вас беспокоит заместитель председателя Верховного Совета СССР, Виктор Петрович Николаев.
— Внимательно слушаю вас, Виктор Петрович.
— Минут пять назад, с вашего аппарата на мой поступил звонок, и человек разговаривавший по телефону, позволил себе нецензурную брань в адрес моего сотрудника. Кроме этого, он желал получить информацию, которую не имел права получать, и вообще вёл себя вызывающе. Пользуясь случаем, хотел бы поинтересоваться, а что это вообще было? Зачем сотруднику госкомитета по агропромышленному комплексу, моё местонахождение? И чего вдруг, он позволяет себе такие вольности? Возможно ждёт что его наградят за хамство в адрес молодой девушки? В общем-то я звоню из спортивного интереса.
Запись разговора сегодня ляжет на стол Председателя Верховного Совета, товарища Брежнева, так как он категорически запретил мне любые конфликты с совслужащими. Всего доброго.
Виктор повесил трубку, и посмотрел на притихшую Елену.
