Волк среди воров

Даже в тюремной камере обычно бывает уютнее.

Впрочем, тюремный уют создают обитатели, так что все впереди. К концу «срока» и здесь станет глазу приятнее.

Грек снял обувь и растянулся на скрипнувшей под его весом кровати. Закинул руки за голову. Подумал, что наверняка за ним наблюдают. Пялятся в монитор и стараются угадать, каковы его дальнейшие планы. Смирился или готовится бунтовать? А с планами-то не густо… Как ни крути, а перспективы паршивые. Прошлым летом в Москве, вляпавшись в аналогичную ситуацию, он мог рассчитывать на помощь со стороны Лакина.

Тогда расчет оправдался. Теперь он мог надеяться только на себя самого. Одно радует: тюремщики здесь неважные. Не отобрали шнурки от кроссовок, оставили в его руках две удобных удавки. Если они и дальше станут допускать проколы, то появится шанс выбраться за ограду.

Интересно, для каких целей была создана эта база? Вряд ли турник и боксерскую «грушу» повесили сегодня специально для него. Видать, тут и раньше проживал кто-то из подневольных бойцов.

Что с ним сейчас? Получил «вольную»? Погиб в подпольном бою? Удрал от папаши Стрелковского, и теперь мечется по необъятным просторам страны, заметая следы? И сколько стоит содержание такой базы? Грек был почему-то уверен, что, кроме него, «постояльцев» здесь нет, только охрана. Да, неплохо у Аскольда Глебовича поставлено дело!

…Грек пятнадцать раз подтянулся на турнике, спрыгнул, прошелся по комнате. Остановился перед плакатом с певицей.

В самом низу листа, черным карандашом, еле заметно была нарисована стрелочка, словно приглашающая заглянуть на обратную сторону. Покосившись на дверь, Греков отогнул низ плаката и увидел рукописный текст. Почерк был неразборчивым, строчки извивались и теснили друг друга.

Прочитав, он чертыхнулся и сорвал плакат со стены.

«Ты думал, здесь план побега? Хер тебе! Куда ты денешься с подводной лодки? Просто расслабься и оцени, какие сиськи у чувихи».

На стоянке перед гостиницей «Прибалтийская» Наиль встретился с одним пареньком, у которого регулярно покупал наркоту.

Продавец сел к Хитрому в машину, пересчитал полученные деньги, отдал дозу кокаина и, кивнув на прощание, отбыл. Они не обменялись ни словом.

От «Прибалтийской» Наиль погнал на 22- ю линию, где в одном из домов рядом с юрфаком университета он снимал квартиру для любовных утех. Вернее, не совсем снимал - пользовался по знакомству.