Волк среди воров

Черная «девяносто девятая», я записал номер…

В три часа ночи около здания Гатчинского ОВД остановилась красная «шестерка» с темными стеклами и помятым задним крылом. Приехал один человек - средних лет, морщинистый и широкоплечий мужчина с короткой прической, в темных брюках и дешевой китайской куртке из зеленой синтетики. Когда он шел от машины до крыльца горотдела, порыв ветра отогнул полу его куртки, обнажив пистолет в наплечной кобуре и хромированные наручники.

По причине ночного времени дверь ОВД была заперта. Мужчина решительно позвонил, а когда постовой открыл дверь на ширину ружейного приклада и с подозрением воззрился на посетителя, предъявил удостоверение:

- Главк уголовного розыска.

- Заходите, пожалуйста…

Дежурному посетитель представился более полно:

- Ответственный по двадцать пятому отделу УУРа

( Управление уголовного розыска.)

- майор Сиваков. Что у вас нового по убийству?

Дежурный пригладил густые усы, разложил перед собой какие-то документы и начал докладывать:

- Взорванный «мерседес» месяц назад был зарегистрирован на Киржача Виктора Анатольевича, шестьдесят четвертого года рождения, прописанного в Питере, на Васильевском острове, в коммунальной квартире, на тринадцатой линии.

Насколько известно, по адресу прописки он никогда не проживал, фактический адрес пока не установлен. У нас в городе проживает бывшая жена Киржача. По приметам трупа она опознала своего бывшего мужа… Второй погибший не установлен.

- Все? Где эта бывшая жена?

- Дома, - дежурный вздохнул. - Дамочка не простая, и гонору много, так что решили ее сюда не тащить.

Наши ребята пошли с ней побеседовать.

- Шикарная баба! Грудь силиконовая, ноги от подбородка…

- Я не про это. По делу…

- Я туда подскочу. Какой полный адрес?

- Пойдемте, - дежурный вывел Сивакова на крыльцо горотдела и, придерживая за собой тяжелую дверь, указал три освещенных окна в одном из ближайших домов: - Двухкомнатная квартира.

- За машиной моей присмотрите, - Сиваков кивнул на красную «шестерку».

- Да у нас тут вообще-то спокойно…

Дверь квартиры оказалась незаперта и даже не прикрыта как следует.

Из широкой щели на площадку падала полоса яркого света и доносились голоса. Два мужских, молодых и напористых, и один женский, устало-невозмутимый. Сиваков с минуту прислушивался, потом тихо выругался и позвонил. Ожидая, пока его пустят, он думал, что нынешнее поколение оперов не умеет работать. Мало того, что не умеют, так еще и учатся из-под палки.

Открыл приземистый парень лет двадцати.