Волк среди воров

Когда стало понятно, что жертву нахрапом взять не удалось, расчехлил помповое ружье, проверил патроны - специально взял мелкую дробь, чтобы можно было бить по конечностям, не опасаясь переборщить, - и сменил позицию, чтобы оказаться чуть в стороне от того места, где Грек, спасаясь от преследователей, должен был войти в лес.

До их встречи оставалось две-три минуты.

Человек с помповым ружьем был совершенно спокоен.

Он был спокоен настолько, что водитель «ниссана», будь он рядом и смотри на него, непременно бы насторожился.

Он бы подумал, что Рустам, его старый сослуживец по Чечне, наглотался каких-то таблеток, чтобы побороть страх, и тем самым поставил под угрозу срыва всю операцию.

Примерно так дело и обстояло. После того случая в Гудермесе, когда федералы в течение суток шли у них по пятам, Рустам постоянно испытывал страх. Из группы в пятнадцать боевиков уцелело всего три человека. На последнем этапе они разделились, каждый заметал следы в одиночку. Рустам получил два тяжелых ранения, но сумел оторваться.

Тело потом зажило, но душа надломилась. Она и до этого-то не знала покоя, а тут наступил полный абзац. Он хотел застрелиться, но всякий раз останавливался, поднеся ствол ко лбу. Пил, как лошадь, начал жрать всякую химию, которой всегда было много у арабов-наемников. Некоторые таблетки приносили успокоение, и постепенно он уже не мог без них обходиться. Стоило принять свою дозу, как страх отступал, он чувствовал себя прежним, сильным и храбрым, готовым к любому сражению. Ощущение было обманчивым: как боевая единица он давно уже мало что представлял. Тень прошлого мастерства и не более. Хозяева это поняли быстро. Пока думали, как списать его с максимальным эффектом, выручил случай. Стрелковский встречался с одним из лидеров боевиков, чтобы утрясти какой-то вопрос по совместному бизнесу. И в свите спортивного воротилы Рустам узнал своего товарища по оружию, с которым драпали из Гудермеса в прошлом году и следы которого затерялись - поговаривали, что он то ли погиб, то ли захвачен чеченским ОМОНом. Товарищ замолвил словечко, и уже через неделю Рустам гулял по Арбату, празднуя начало новой жизни.

Служба у Аскольда Глебовича была не в пример спокойнее, чем в горах. Да какое там «не в пример» - просто сравнивать нечего, день и ночь! Но после того как пара острых ситуаций все же произошли, Рустам снова подсел на таблетки. Сначала принимал их только тогда, когда планировались какие-то события, но постепенно вновь дошел до ежедневного приема.