Волки войны

– Завязывай мешок и бегом к замполиту роты, знаешь, где он живет?

– Знаю! Но меня, товарищ капитан, сержанты прибьют.

– Не прибьют, Уткин, они никого уже не прибьют. Скажешь Чупанову, чтобы позвонил дежурному по батальону и сам следовал бы в роту. Как можно быстрее! Все понял?

– Так чего стоишь? Одна нога здесь, другая там, бегом марш!

Рядовой пробежал в сторону военного городка. Капитан, забрав мешок, направился к расположению роты.

На крыльце курил дневальный. Запрелов сразу определил: его на стрему Доброхлебов выставил.

Место дневального было не на крыльце, а у оружейной комнаты. Увидев ротного, дневальный рванулся было в казарму, но Запрелов остановил его:

Курсанту пришлось подчиниться. Илья подошел к нему:

– Сержанты продолжают гулять в каптерке?

– Так, находишься здесь и молча сопишь в две ноздри. Подашь сигнал в каптерку – будешь иметь очень крупные неприятности. И не со мной или с сержантами, а с особистом, усек?

Курсант обреченно ответил:

Запрелов вошел в казарму, направившись в левый отсек, где в правом углу находилась дверь в довольно обширную каптерку – помещение, где хранилось вещевое и личное имущество личного состава.

Это была вотчина старшины роты Стоценко, который и предоставил ее для гулянки дружков. Ну, ничего, сейчас ребятки отгуляются. Непонятно, почему с сержантами находился курсант Гуревич. Этакий здоровяк-боксер. Может, оттого, что старослужащие уже знали: Гуревич блатной и после учебки останется в части, не отправится в Афганистан? Знали то, чего не знал командир роты? Может быть!

В бытовке Запрелов встретил второго дневального.

Тот попытался подать команду: «Дежурный по роте, на выход!» А по сути предупредить об опасности. Но ротный и ему закрыл рот, приказав молчать и следовать на выход к Удовину.

После этого капитан сблизился с дверью каптерки. Оттуда слышался шум, но слов или фраз Запрелов разобрать не мог. Он слегка потянул на себя ручку. Дверь закрыта! Так, послушаем для начала, о чем ведут разговор бравые сержанты во главе со старшиной.

Он опустился на корточки, приложил ухо к замочной скважине. И услышал то, что заставило его немедленно и жестко действовать. А услышал он следующее:

– В печень ему, Гурча, в печень, морду не трогай, – командовал Стоценко.

Ему вторил Доброхлебов:

– Разделай суку как камбалу, чтобы знал, как стучать замполиту! В бочину ему! Вот так!

Стало ясно: боксер Гуревич по приказу старослужащих избивает кого-то из молодых. И избивает серьезно.