Волки войны

Спросил у наряда, не подъезжал ли автобатовский «КамАЗ» и не спрашивал ли его чернявый старший лейтенант. Получив отрицательный ответ, хотел было проинструктировать прапорщика, но тут показалась крытая тентом машина, из кабины которой выпрыгнул Григорьев. Он увидел Запрелова:

– Во повезло! Ну ты как, освободился?

– Отлично! Значит, можем дергать в Меджер?

– Отлично! Я боялся, ждать придется! А так по пути и водочки клюкнуть успеем. Ты как насчет этого?

– Нормально. Но смотрю, ты уже клюкнул!

Лицо Григорьева расплылось в довольной улыбке:

– Не без этого, но так, для затравочки.

А оттянемся перед дорогой длинной в чайхане на выезде. Там натуральный шашлык делают. Даже из свинины, так как шашлычник, – русак Шурик. Поедим нормального мяса, а не надоевший люля-кебаб верблюжий.

В шашлычной зависли на добрых три часа. Шурик, на самом деле оказавшийся мужчиной лет пятидесяти, русский, но родившийся и проживающий всю сознательную жизнь в Ашхабаде, приготовил отменный шашлык. Под него уговорили пол-литра водки и с дюжину бутылок хорошего чимкентского пива.

Водитель остался доволен и не торопил офицеров: когда ему еще придется вот так от пуза поесть не бурду армейскую, а свежее, прекрасно приготовленное мясо?

Вышли на трассу в полдевятого. «КамАЗ» шел не так шустро, как легковой вездеход, но водитель все же держал скорость в пределах семидесяти километров в час, нарушая все приказы и инструкции автомобильной службы округа, предписывающей скорость движения не более пятидесяти километров.

Пройдя две трети пути, когда уже наступила ночь, на перекрестке, где к трассе примыкала дорога от населенного пункта Каахка, начпрод вдруг приказал водителю:

– А ну давай, солдат, направо!

– Зачем? Чего мы в этом кишлаке забыли?

– Дружок у меня тут в ракетной бригаде начальником службы ГСМ служит. Спирту обещал. А мне все недосуг выбраться к нему было. Не упускать же подвернувшийся момент?

Запрелов показал на циферблат часов, встроенных в переднюю панель кабины «КамАЗа»:

– Ты на время-то посмотри.

Светящиеся стрелки показывали 23.20.

Это совершенно не смутило старшего лейтенанта:

– И что? Леха в самом поселке живет, недалеко от железнодорожной станции. Нам в войсковую часть и въезжать не надо. А спит, разбудим, невелика фигура! Короче, боец, – Григорьев повернулся к водителю, – давай сейчас прямо, первый перекресток налево, дальше скажу, куда ехать. Но недалеко!

Водитель подчинился, а Запрелов лишь покачал головой.