Волки войны

Не дам я замять это дело. Не дам! Комбат слишком переоценивает свои возможности. Думает не нахрапом, так хитростью взять. Не получится. Посмотрим, как запоет наш Палагушин после того, как объяснительная старшины и мой подробный рапорт лягут на стол военного прокурора.

– Если бы так, командир! Но мне кажется, ждут тебя тяжелые времена.

– Переживем. И не такое переживали.

Не знал боевой офицер, умевший просчитывать противника и переиграть его в бою, всего коварства и подлости, на которое способны те, кто числится среди своих.

Кто по долгу службы должны быть с тобой, по эту сторону баррикады, а фактически являются хуже самого злобного врага, предателями и разрушителями того, за что настоящие, верные присяге офицеры и солдаты на войне проливают кровь, а нередко отдают и жизни. В силу своей порядочности и верности совести и чести, принципам справедливости капитан Запрелов просто не мог допустить даже мысли о том, что здесь, в тылу, враг более силен и бессовестен, чем на войне. Не мог предположить, что этот враг существует. Существует и действует, тщательно скрывая свою сущность под личиной. Поэтому и был уверен в том, что сможет заставить преступников дать ответ за совершенное. Отметая даже малейшую долю вероятности того, что сам может стать жертвой жестоких интриг подлых, рвущихся любыми путями наверх по карьерной лестнице подонков.

Подонков, для которых его судьба – пустой звук. Капитан готовился к атаке, в то время, когда его уже обложили со всех сторон, лишив возможности не только наступать, но и обороняться, тем самым предопределив исход поединка, выстроив тактику на лжи и предательстве.

Не знал всего этого офицер спецназа, волей случая оказавшись отлученным от боевой работы, отдавая дежурному по роте приказ на утреннее, общебатальонное построение, так называемый развод. Запрелов собрался уже покинуть канцелярию, как раздался телефонный звонок на аппарате внутригарнизонной связи, стоявшем на его рабочем столе.

Голос принадлежал командиру батальона, что удивило ротного. Почему он звонит, когда до построения осталось несколько минут и подполковник воочию увидит Запрелова? Но вопрос задан.

– На месте, товарищ подполковник, хотя для начала не мешало бы и поздороваться!

Комбат как-то нехорошо усмехнулся:

– Давай-ка мне в кабинет. Здесь и поздороваемся, и поговорим, тем более поговорить нам есть о чем.

На выходе из казармы Илья встретился с Чупановым.

Тот ожидал, пока личный состав заполнит взводные коробки перед тем, как вести роту на плац.