Я крикнул в темноту:
– Эй, чего по своим стреляете, славяне?!
– А вы кто?
– Мы из СМЕРШа! Вы – ремонтники?
– Так точно.
– Не стреляйте, мы подойдем.
Поднялись, подошли к позициям ремонтников. Они уже успели отрыть мелкие окопы, укрываясь за деревьями.
– Простите, в темноте вас за немцев приняли. Они уже пытались прорваться по улице, да отпор получили. Думали – в обход пошли. Я – техник-лейтенант Кислицин.
– Капитан Колесников, со мной около взвода наших людей. Надо продержаться полчаса, скоро танкисты подойдут.
– Ну, полчаса продержимся. Плохо – гранат нет, только личное оружие. А у немцев – броневичок! Поливает издали из пулемета, сволочь. Я на рембазу сержанта с бойцом послал – там противотанковое ружье есть. Одно плохо – к нему всего два патрона было, что в магазине оставались. Сейчас пэтээрщики вернутся, и мы его успокоим, если снова выползет.
Ну что ж, ситуация мне понятна.
– Офицеры – старшие отделений, ко мне!
Я собрал офицеров и распределил отделения по укрытиям. Одно отделение заняло брошенный хозяевами двухэтажный дом.
Двум другим отделениям я поручил закрепиться на улице и готовиться к отражению атаки.
Меж тем сержант и боец с рембазы притащили противотанковое ружье ПТРС – длиннющее, тяжеленное.
Я повернулся к лейтенанту Кислицину:
– Давай его в дом, на второй этаж. Оттуда видно дальше и сектор обстрела лучше. Лейтенант, у тебя кто-нибудь умеет стрелять из ружья?
– Сержант, который ружье принес, говорит, что приходилось стрелять из него – давно, правда, еще в сорок втором году.
И сам я, после некоторых раздумий, решил остаться в этом же доме.
– Лейтенанты Шабунин и Еремеев – за мной, будете связь с отделениями поддерживать.
Мы расположились на втором этаже, в одной комнате с расчетом противотанкового ружья, только у другого окна.
Надо заметить, что противотанковые ружья к концу войны встречались редко – изжили себя после 43-го года. Это в начале войны они проявили себя неплохо. К 43-му году немцы на устаревшие танки навесили экраны, а новые танки, вроде «тигра» или «пантеры» имели броню толстую, которая и не всякой пушке была по зубам, не то что ружью.
Подступы к дому почти не просматривались, а поскольку электростанция в городе не работала, на улице была темень, хоть глаз выколи. Под покровом темноты немцы могли подобраться близко и закидать нас гранатами.
Однако немцы избрали другую тактику. Два пулемета открыли огонь по крышам близлежащих домов зажигательными и трассирующими пулями.
