Волонтеры вечности

Я на секунду замер на пороге, потом пожал плечами и решительно вошел в комнату. Что будет — то будет, чего уж там!

Поэтому я быстро разделся и с удовольствием устроился под пушистым меховым одеялом. Закрыл глаза, расслабился. Сколько бы там бальзама Кахара я не выдул, спать хотелось зверски! Несколько минут сладких блужданий между сном и явью, и я отрубился.

Что мне снилось, я до сих пор толком не помню. То есть помню, конечно, множество разрозненных эпизодов, но не могу связать их воедино.

По крайней мере, не сейчас.

Я заглянул в невероятное множество Миров, настоящих и давно исчезнувших, и тех, которые существуют только в воображении каких-то существ, живых или умерших. Миров, похожих на знакомую мне реальность, на ускользающие предрассветные сновидения, на горячечные видения и вовсе ни на что не похожих… В одном из таких мест я встретил рыжего Джифу. Думаю, я смог разыскать его, потому что очень хотел убедиться, что с ним все в порядке.

Я не помню подробностей нашей встречи, но, кажется, Джифа выглядел как человек, вполне довольный своей участью.

Я заглянул и в тот мир, где родился. И обнаружил, что он не хуже и не лучше прочих, просто один из многих — такой, какой есть. Я не придал краткому визиту на родину особого значения; впрочем, пока длилось путешествие, я вообще ничему не придавал значения. Прекрасное состояние души: я ощущал себя не человеком, а легким и прохладным ветерком, своего рода сквозняком, проникающим в щели неплотно закрытых дверей между Мирами…

Наконец я почувствовал, что пресытился одиночеством и впечатлениями, устал от бесконечных скитаний и хочу домой, в Ехо.

Обнаружил, что уже знаю, как найти в этой пустой бесконечности нужную дверь. Отворил ее. И проснулся.

Некоторое время я лежал, не открывая глаз. Прыткие солнечные зайчики отплясывали джигу на опущенных веках. Некоторое время я лениво размышлял, как поступить: натянуть одеяло на голову или окончательно пробудиться к жизни.

Остановился на втором варианте как на более перспективном.

Открыл глаза, поморгал, привыкая к дневному свету, и огляделся. Помещение явно не походило на спальню Джуффина, где я недавно заснул. Слишком маленькая комната, всего с одним окном, но очень, очень знакомая… Наконец до меня вдруг дошло, где я оказался: это была моя собственная бывшая спальня.