Волонтеры вечности

— Ну что генерал Бубута? Не сопротивлялся? — нетерпеливо спросил шеф.

— Думаю, что он бы не сопротивлялся, даже если бы я нагадил на его стол!

— Да? Из всех чудес, которым ты так быстро учишься, это — самое непостижимое! Тут ты меня обскакал, Макс, мне такое и не снилось…

— У вас просто нет общих тем для задушевных разговоров, — усмехнулся я. — Бедняге так не хватает искушенного собеседника, хорошо разбирающегося в сортирах…

Меламори рассеянно улыбнулась, посмотрела куда-то мимо меня, молча поднялась с кресла и вышла.

Я так и не понял: то ли она получила ответственное задание, то ли просто решила прогуляться. С нее станется.

Изумрудно-зеленое лоохи Мелифаро ослепительно сверкнуло в лучах злого летнего солнца. Он влетел в Зал Общей Работы во главе дюжины полицейских. Некоторые лица были мне знакомы, некоторые показались новыми.

— Знакомьтесь, ребята. Это и есть наше главное чудовище! — торжественно заявил Мелифаро, непочтительно тыча в меня указательным пальцем. — Сэр Джуффин, вот вам весь наш Белый листок, в полном составе.

И еще сэр Чекта Жах, сверх программы!

Невысокий угрюмый крепыш хмуро покосился на Мелифаро, но ничего не сказал, только еще больше насупился.

— Не обращайте внимания, Чекта. Мы с вами, к сожалению, не впервые имеем дело с сэром Мелифаро. Можно было привыкнуть, — успокоил его холодный женский голос.

Я пригляделся к его обладательнице. Симпатичная сероглазая леди, высокая, чуть ли не с меня ростом, вылепленная в соответствии с античными канонами красоты.

Впрочем, в ней чувствовалось особое изящество, какового явно недостает статуям греческих богинь. Заметив мое внимание, обладательница ледяных интонаций вежливо прикрыла рукой глаза.

— Вижу вас как наяву. Рада сообщить свое имя: леди Кекки Туотли.

Кажется, в барышне было куда больше светского лоска, чем в самом короле, который показался мне, в общем-то, своим парнем. Я тут же сделал умное лицо и поприветствовал ее как полагается, умело дозируя улыбки и соблюдая предписанные интонации.

Должен же хоть кто-то замаливать грехи этого оболтуса Мелифаро!

Леди Кекки Туотли снисходительно выслушала меня, сухо кивнула и высокомерно отвернулась. «Ну и стерва!» — восхитился я. А потом вдруг понял, что бедняжка отчаянно стесняется. С некоторыми людьми именно так и бывает: чем больше они смущены, тем сильнее надуваются. Мне стало смешно, и я послал ей зов.

«Не переживайте, незабвенная, я тоже стесняюсь незнакомых людей.