Волонтеры вечности

Как только увидел Алотхо, сразу понял, что моей прекрасной леди скоро удастся «развеселиться», по ее собственному выражению. Просто до сих пор не счел нужным сформулировать это знание, перевести его на язык слов.

Я невольно улыбнулся, поймав себя на мысли, что если бы сам умудрился родиться барышней, то… Все-таки этот Алотхо был изумительным произведением искусства! «Интересно, насколько далеко все это может зайти?» — с равнодушным любопытством подумал я.

Честно говоря, я сам себя не узнавал: по идее, мне полагалось бы рвать, метать и проклинать все на свете.

Именно так я привык поступать в подобных ситуациях. Но в последнее время со мной происходили еще и не такие чудеса!

Так что в Дом у Моста я вернулся в прекрасном настроении. Куруш получил целых три пирожных. Думаю, он удивился моей щедрости. Впрочем, по выражению лица буривуха совершенно невозможно получить правильное представление об обуревающих его чувствах…

Рано утром заявился сэр Джуффин и великодушно отправил меня домой, отсыпаться.

В Дом у Моста я вернулся незадолго до заката и застал в Зале Общей Работы одного Лонли-Локли.

Мы с ним по-прежнему сидели без работы: убийц и без нас хватало, целых две полусотни Острозубов жаждали вцепиться в горло Мудлаха, который оказался не только «презренным», но и совершенно неуловимым.

— Леди Туотли и буривуху, который ее сопровождал, удалось найти одного уроженца Арвароха, — сообщил Шурф. — Теперь они идут сюда.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я. — Хоть что-то сдвинулось с места в этом грешном деле! Эта леди Туотли еще и везучая в придачу ко всем остальным ее достоинствам, да?

— Думаю, что так, — кивнул Лонли-Локли.

И прибавил: — Странная она, тебе не кажется?

— Я же ее совсем не знаю. Вчера увидел эту милую леди впервые в жизни. Сначала решил, что у нее отвратительный характер, а потом понял, что она ужасно стесняется… Забавно, да?

— Стесняется? Вот уж никогда бы не подумал! А с чего ты взял?

— Не знаю. Просто понял, и все. По-моему, это очень заметно!

— Да? Ну если ты прав, тогда все не так страшно.

— Что — «не так страшно»? — Теперь пришла моя очередь удивляться.

— Да ничего особенного. Я имею в виду ее «отвратительный характер», как ты только что выразился. Именно так, лучше и не скажешь!

— Она что, даже тебе нахамила? — изумился я. — Ничего себе! Вот это я понимаю!

— Ну не то чтобы по-настоящему нахамила… но, в общем, да. Знаешь, Макс, мне уже очень давно никто не хамил, так что я поначалу даже немного растерялся.