Волонтеры вечности

Сэр Луукфи Пэнц не отставал от меня ни на шаг.

— Это удивительное событие! — тараторил он. — Птенцы буривухов появляются на свет крайне редко, причем буривухам необходимо длительное уединение, чтобы обзавестись птенцом. Они почти никогда не заводят птенцов даже в обществе себе подобных, я уже не говорю о людях! Никто и подумать не мог, что у нас, в Доме у Моста, может произойти нечто подобное!.. — Он открыл дверь Большого Архива и с сомнением посмотрел на меня. — Вы согласитесь немного подождать, Макс? Я зайду первым и спрошу, можно ли вам…

— Конечно, — кивнул я.

 — Как буривухи скажут, так и будет. И никаких обид!

Через несколько секунд Луукфи выглянул из-за дверей.

— Они не против. Говорят, что вам можно.

Я заулыбался до ушей и вошел в Большой Архив. Поздоровался с буривухами и нерешительно огляделся.

— Малыш вон в том углу, — показал мне Луукфи. — Можете подойти поближе.

Я подошел поближе. На мягкой подстилке копошился крошечный пушистый комочек. В отличие от взрослых буривухов птенец был беленький, с трогательными розовыми лапками.

Но огромные желтые глаза были такие же, как у взрослых птиц: мудрые и равнодушные.

Птенец уставился на меня, моргнул и отвернулся. Но я мог поклясться: малыш смотрел на меня как на знакомого! Никаких особенных эмоций, он просто узнал меня, кивнул и отвернулся. Все правильно, мы с господином Нальтихом Айимириком, бывшим шаманом царя Мудлаха, никогда не были друзьями. Мы и познакомиться-то толком не успели. Просто моя перепуганная рожа стала последним, что он видел перед тем, как умереть…

У меня дыхание перехватило: черт, кажется, мне довелось прикоснуться к такой невероятной тайне, по сравнению с которой даже мое давешнее путешествие между Мирами казалось всего лишь загородной прогулкой…

Луукфи потянул меня за полу лоохи.

Я кивнул и пошел к выходу, почему-то на цыпочках.

— Ну и?.. — Джуффин встретил меня нетерпеливым вопросом.

— Это он. Это действительно он!

Я попробовал описать свои впечатления от встречи с новорожденным буривухом. Оказалось, что нужных мне слов в человеческом языке почти не существует, но Джуффин все равно меня понял.

Задумчиво покивал и уставился в пустую кружку тяжелым неподвижным взглядом: переваривал информацию.

— Умереть и сразу же снова родиться… Странное, на мой взгляд, занятие! — подал голос Лонли-Локли.

— Да, как только люди не развлекаются! — растерянно согласился я.

Мы могли бы еще долго рассуждать о жизни и смерти, но тут из-за дверей показался совершенно ошалевший курьер.