Волонтеры вечности

Кажется, старик убеждал не меня, а себя самого.

— Ну как хотите, — сердито сказал я. — Мое дело предупредить!

Я постарался сконцентрироваться. Мне по-прежнему не хотелось убивать этих смешных ребят. Они были симпатичным маленьким гордым народом, а их упорное желание провозгласить меня монархом не только порядком меня раздражало, но и приятно щекотало самолюбие.

Поэтому я приложил все усилия, чтобы избавиться от остатков гнева и раздражения. Я уже успел усвоить, что Смертные шары подчиняются моим тайным желаниям, и это было прекрасно.

Оставалось только обуздать собственные желания. Я надеялся, что моего могущества хватит и на этот подвиг. Мне всего-то и было нужно — заставить этих упрямцев поступить так, как я им прикажу. Причем сейчас, а не после того, как какая-нибудь уродливая корона окажется на моей бедной голове. Долгое путешествие к границам Соединенного Королевства совершенно не согласовывалось с моими планами на текущее лето.

Через несколько минут я решил, что можно начинать.

Пошевелил затекшей кистью левой руки, чтобы сделать ее послушной, и решительно защелкал пальцами. Зеленоватые шаровые молнии одна за другой с мягким причмокиванием просачивались сквозь толстый войлок ковра. Оставалось надеяться, что у этих опасных сгустков яркого света хватит сообразительности самостоятельно найти цель. Впрочем, когда мы охотились на мертвых разбойников из Магахонского леса, засевших в темном овраге, я тоже не слишком-то прицеливался, тем не менее…

Легкий шум снаружи убедил меня, что начало операции можно считать успешным.

— Я с тобой, хозяин!

Упрямый старик, очевидно, оказался первой жертвой моей атаки.

— Я с тобой, хозяин! Я с тобой, хозяин!

К его голосу присоединился довольно дружный хор.

— Вот и славно, — сказал я. — А теперь выпустите меня отсюда.

Через несколько минут проклятый ковер был развернут. Влюбленно поглядывая на меня из-под нелепо повязанных платков, суровые кочевники дрожащими от волнения руками перерезали тонкие, но прочные веревки, превратившие меня в гусеницу тутового шелкопряда.

Я с удовольствием пошевелил затекшими конечностями и огляделся. Местом действия была нелепая древняя телега, остановившаяся посреди совершенно очаровательной рощи. Вокруг флегматично бродили рогатые лоси, увешанные блестящими побрякушками.

С трудом передвигая непослушные ноги, я выбрался из телеги и с облегчением уселся на землю. Потом обвел грозным взглядом этих эксцентричных горе-монархистов.