Волонтеры вечности

Так вам и надо!

Я снова уставился на дно оврага. Почему-то мне было скорее смешно, чем страшно, хотя «великим героем» я никогда в жизни не был. Кем угодно, только не героем. Кажется, я просто не мог поверить в реальность происходящего.

Наконец мне удалось разглядеть нечто подозрительное: в овраге определенно что-то зашевелилось.

— Магахонские Лисы жили в норе, верно, Шихола? — уточнил я. — Кажется, эти ребята заняли пустующую квартирку. Это хорошо. Значит, вылезать будут по одному: нора она и есть нора… Меламори, ты сказала, что «позвала его», так?

Меламори молча кивнула.

Вид у нее был не очень-то бодрый.

— Скажи, ты знаешь, к чему это приведет? Я имею в виду, тот, кого ты позвала, — ему придется выйти именно из этой норы, а не из какой-то другой? Обязательно?

— Да. Но он может появиться не сразу. Возможно, он будет сопротивляться довольно долго. Но рано или поздно все равно выйдет ко мне… Ой!

— Вот именно, что «ой»! — весело согласился я, поднимая левую руку и эффектно прищелкивая пальцами: свеженький фокус, только что полученный в подарок от самого Лонли-Локли, спешите видеть!

Крошечная шаровая молния не подвела, она появилась как миленькая, сверкнула зеленоватым светом и с влажным чмоканьем впилась в темноту оврага.

Я увидел перекошенное от страха, совсем юное лицо. Моя молния угодила парню точнехонько между бровей, тот глухо охнул…

Бедняга вроде бы остался цел и невредим. Зато мой удар, которому теоретически полагалось быть смертоносным, здорово прибавил ему прыти.

Он рванул ко мне со скоростью спортивного автомобиля. Секунду спустя незнакомец ухватился за крошечный колючий кустик, росший у самых моих ног, подтянулся и…

Городская полиция не подкачала: первый выстрел из рогатки бабум немного замедлил его продвижение. Еще бы: взрыв разворотил незнакомцу щеку и нос! Не думаю, что это можно назвать легким ранением, однако упорный парень все-таки вылез из этого грешного оврага совсем рядом со мной. Не слишком долго раздумывая, я плюнул в ужасное, изуродованное выстрелом из бабума лицо.

Если бы к моменту нашей встречи парень был жив, на этом эпопея могла бы считаться завершенной: мой яд убивает мгновенно, как не глупо это звучит… Ничего подобного не случилось. На лбу несчастного появилась приличных размеров дырка, здорово похожая на прореху, которая осталась на ковре моей бывшей спальни на улице Старых Монеток. Ясное дело: мой «пациент» был мертв, как нерв в гнилом зубе!

Потом началось нечто невообразимое.