Волонтеры вечности

— Грешное дерьмо! — Джуффин наконец посторонился, так что мы с Лонли-Локли смогли получить свою порцию впечатлений.

Тайная дверь нашей надежной «тюремной камеры» была открыта настежь. На пороге лежал капитан Шихола, кисти его рук были обуглены, на лице застыло мечтательное выражение… Я рванулся к нему, осторожно потряс. Впрочем, я уже тогда знал, что трясти парня совершенно ни к чему: он был мертв — дальше некуда!

Я растерянно обернулся на Джуффина.

— Это Джифа? — тихо спросил я.

— Не совсем. — Джуффин зашел в пустую камеру и теперь к чему-то принюхивался.

— Как «кто»? Тот же, кто помог ему вернуться из Мира Мертвых в его любимый Магахонский лес, кто же еще?!.. Дерьмо!

Джуффин присел рядом с телом капитана Шихолы и осторожно положил руки ему на живот. Через несколько секунд он горько вздохнул, поднялся и распахнул окно.

— Все ясно, нам всем здорово не повезло! Бедный мальчик был очень способным медиумом. И как я его проглядел?! Таких ребят в Мире — один на тысячу дюжин… Надо же было бедняге оказаться поблизости, при его-то способностях!

Джуффин устало опустился в свое кресло, Лонли-Локли постоял на пороге камеры, задумчиво кивнул, вернулся в кабинет и устроился рядом с шефом.

— Джифа ушел Темным Путем, — хладнокровно сообщил он Джуффину. — Мертвого, конечно, можно перенести только миль на пять-шесть, не дальше, но и этого вполне достаточно!

— Да, — покивал Джуффин. Немного подумал и неуверенно спросил: — На юг, да?

Лонли-Локли пожал плечами:

— Вы же знаете, я почти никогда не чувствую направления!

Джуффин прищурился и покрутил носом.

— На юг, на юг, это точно!

Я растерянно смотрел на своих коллег: их диалог казался мне чуть ли не самым невероятным событием этого безумного дня. Немного потоптавшись на пороге, я задумчиво зашел в опустевшую камеру.

— Не надо тебе там ходить! — рявкнул Джуффин. — Еще наступишь случайно на Джифин след, чем только Темные Магистры не шутят!

Я послушно вернулся в кабинет и сел на подоконник. Мне очень хотелось заплакать, не то от злости, не то от беспомощности, не то просто потому, что смерть симпатичного капитана Шихолы совершенно не согласовывалась с моими представлениями о том, как должны развиваться события моей единственной и неповторимой жизни… Разумеется, я не заплакал, а просто тупо уставился в одну точку.