«Волос ангела»

 — С этой штукой мне на всю жизнь не расстаться, — он постукал палкой по земле. — Отвоевал я, Толя.

Помолчали. Воронцов боялся слов соболезнования, фальшивых ободрений, неискренних предложений помощи — он знал, что семья Черниковых небогата, почти бедна. Скосив глаза, увидел замахрившиеся, застиранные манжеты Толиной сорочки с мягким отложным воротником, напряженно сцепленные тонкие пальцы, подрагивающую синюю жилку на тыльной стороне ладони.

Ему тоже нелегко, наверное. Они никогда не были особенно близки, ни в детстве, ни в юности, но вот разыскал, пришел навестить. Слава богу, кузен вроде и не собирается ничего такого говорить. Просто узнал, что Воронцов здесь, и зашел. И все.

— Меня еще не скоро выпишут, — чтобы нарушить неловкое молчание, сказал Воронцов. — Ты заходи еще. Я буду рад тебя видеть.

— Приеду — зайду. Может быть, переберешься после госпиталя к нам?

— Ты уезжаешь? Куда, если не секрет? — словно не слыша его предложения, спросил Андрей.

— В Петроград, по издательским делам. Поеду, как важный сановник, в первом классе. Правда, за счет издательства, — он улыбнулся.

— Думаю, нет. А впрочем, не знаю. Как пойдут дела. Так что же ты решил?

— О переезде к нам… — Толя покраснел.

«Все такой же, — с неожиданной нежностью подумал о нем Воронцов.

 — За всех болеет и первым стыдится за других. Наверное, каждый из нас что-то очень важное для себя теряет, не имея в юности такого товарища. А я вот мог иметь и… не имел, но сейчас уже поздно! Слишком многое между нами. Хотя бы фронт. Не надо, чтобы он мучился из-за меня, не надо…»

— Мне стоит учиться жить самому. Заново, — медленно сказал он. — А ты, как вернешься, заходи, мы поговорим. Ну, извини, мне пора на перевязку.

Рад был тебя увидеть. Слово чести, рад!

Уже поднявшись по ступеням, ведущим из парка в госпитальные коридоры, Воронцов оглянулся.

Толя Черников стоял в низу лестницы, глядя ему вслед, все так же нервно теребя в руках свою мягкую широкополую шляпу.

Воронцов стиснул зубы и застучал костылем по разноцветным плиткам пола…

Россия изготовилась сдвинуться с места.