Волшебная монетка или крадник

Как он мог взять такую сумму, каким местом он думал? Неужели он на самом деле брал взятки. Он сказал, что взял немного в долг, его немного составляло пять тысяч рублей. Это уму непостижимо, сколько лет мне придется все это выплачивать. Если его выпустят, то разбираться он будет сам, а если нет.

У меня тряслись руки, слезы катились по щекам. Зачем ему понадобилась эта чертова машина, он же и водить толком не умеет. Ради престижа можно было и рабочим авто обойтись с водителем. Конечно, при его зарплате мы могли за полтора года рассчитаться со всеми долгами.

Если бы нам отдали деньги должники, то и в год уложились.

Со своими 120 рублями я буду все это выплачивать годами. Никогда не брали в долг, даже когда были студентами и жили в общежитии, все всегда сами. Поплакала, потом еще раз поплакала. Петеньку было жалко, что ему неизвестно сколько придется провести за решеткой. Себя жалко, потому что начинать сначала в сорок лет очень тяжело. Да и моя порядочность не позволяла мне сбежать от долгов. Надо было придумывать, как выкручиваться.

На следующий день я обошла весь институт, постаралась вспомнить всех кто мне должен. Потом уже просто подходила наобум к преподавателям и научным сотрудникам, и начинала разговор с фразы, про то, что долги надо выплачивать вовремя. Собрала пятьдесят три рубля. Оказалось, что мне должны порядка двухсот рублей. Немного взбодрилась.

Продукты вечером не стала покупать, там еще оставался борщ, пирожки, хлеб, молоко и соленья. Так сказать сэкономила.

В пятницу мне принесли еще 45 рублей.

Значит, я смогу приятелю мужа отдать не полтинник, а восемьдесят рублей. Решила оставить себе 20 рублей на всякий пожарный, надо еще было за квартиру заплатить. В понедельник обещали отдать еще рублей двадцать.

Вспомнила про Юленькин кошелек. Он так и лежал в столе, его никто не подобрал. Это хорошо. Купюры класть туда не стала, а вдруг его опять вынут, сложила в самодельный конверт. В кошелек положила только мелочь.

Вечером пришел приятель мужа за деньгами. Немного под шафе, начал топать ногами и орать, что мы богатеи не можем ему вернуть долг, брали на две недели, а прошло уже три.

Я протянула ему восемьдесят рублей, он продолжил орать. Пообещала ему отдать оставшееся через неделю, но поток негатива не прекращался. Выгребла последние двадцать рублей, он выхватил их из рук, и сказал, чтобы в среду вернула остальное, он с семьей собрался на море.

Стала лихорадочно думать, что же можно продать, с чем расстаться не жалко.