- Ну что, получается? - спросила я, когда прошло не меньше получаса, а девочка почти затихла, видимо, сильно устала.
- Немножко, - послышался тонкий голосок. - Веревка теперь пушистая, и из нее ниточки торчат.
Отлично, значит, часть уже перетерта. Только хватит ли у Алессии сил, чтобы разрезать ее до конца? Сейчас я уже чувствовала, что путы немного ослабли и рукам стало чуточку легче.
- Котенок, отдохни немножко, у тебя, наверно, ручки уже устали, - позвала я ее, продолжая стараться растягивать шнур за спиной.
"
"- Устали, - подтвердила малышка мои догадки, снова появившись передо мной и показывая красные ладошки и пальчики.
- Спасибо, ты настоящая героиня, мне без тебя не справиться! - похвалила я ее.
- А кто тебя связал? - с детской непосредственностью спросила Алессия.
- Злые дяди, - вздохнула я. - Связали меня и бросили в этом лесу.
- Надо папе сказать, он их обязательно накажет, - зазвенел в воздухе сердитый голосок.
Надеюсь, ее папа действительно входит в число тех, кто может наказать потерявших берега аристократов.
Но сейчас его, увы, тут нет, так что выкарабкиваться нужно своими силами и уже потом призывать к ответу виновных.
Прошло еще полчаса, и мы снова принялись за веревку. Я натянула ее как можно сильнее, а девочка опять начала царапать камнем. Руки у меня тоже были все исцарапаны и по ощущениям кровоточили, но я не обращала на это внимания. Сейчас было важным только то, что с каждой минутой я чувствовала, как путы по чуть-чуть ослабляются.
- Давай, милая, немного осталось, - подбадривала я Алессию, которая старательно сопела и пыхтела у меня за спиной.
- Вот так, во так, еще чуточку!
Наконец настал тот момент, когда я почувствовала, что веревка значительно истончилась и растягивается сильнее, и, крутанув кистями рук, скинула первую петлю, а потом и весь шнур.
- Ура! - радостно закричала я, а малышка подскочила ко мне, обнимая за шею и заглядывая в лицо.
- Мы теперь сможем уйти домой? - спросила она с такой надеждой, что у меня сердце внутри сжалось.
- Мы найдем дорогу к дому, обязательно, - прошептала я, обнимая ее в ответ.
Кисти рук меня почти не слушались, но теперь у нас была надежда.
- У тебя ноги тоже связаны, - озадаченно посмотрела на меня Алессия, переводя взгляд на свои местами стертые до крови пальчики. - У меня уже камушек в руках не держится.
- Ничего, солнышко, ничего страшного, - поспешила я успокоить ее. - Пальчики скоро заживут, а я сейчас разгоню кровь и попробую сама снять веревку с ног.
