Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта

Наконец они дошли до той подсобки, куда поселил Антонину ночной сторож, причем зашли в нее не через «каюту» Платона Николаевича, а с другой стороны – с той же, с какой до того, чуть больше часа назад, Тоня вышла прогулять Рика.

– Ну, вот, здесь меня приютили… – протянула Антонина, обведя рукой тесную комнатку. – Но это, конечно, ненадолго, сегодня же надо будет искать другое место.

Павел Арнольдович хотел ей что-то ответить, но вдруг его взгляд остановился на чем-то за спиной девушки.

– Интересно… – протянул он заинтересованно.

 – Очень интересно… Раньше я этого здесь не видел…

Антонина обернулась, чтобы посмотреть, что это так заинтересовало старого ученого, и увидела, что тот разглядывает шкатулку – ту самую шкатулку, которую она нашла на чердаке дома Самохиных, ту шкатулку, которую она таскала с собой весь вчерашний день и привезла наконец в этот музей.

– Конечно, не видели, – ответила она Павлу Арнольдовичу. – Эта шкатулка – не из коллекции музея, это я ее сюда принесла.

– Вот как? – Старик осторожно взял шкатулку в руки, оглядел ее с разных сторон, поворачивая к свету.

 – Очень интересная шкатулка… Как она к вам попала?

Антонина вкратце рассказала ему, как эта шкатулка оказалась у нее, как она чудом не сгорела.

– Это ведь – шкатулка с секретом, – проговорила она под конец. – Я помню, как вы рассказывали о таких шкатулках. Может быть, вы догадаетесь, как ее открыть? Там внутри что-то есть, если потрясти, слышен звук…

– Да, там действительно лежит что-то тяжелое, – подтвердил Павел Арнольдович, встряхнув шкатулку.

 – Однако открыть такую шкатулку с секретом – не такое простое дело. Для этого хорошо бы знать, какой мастер ее сделал – потому что у каждого известного мастера были свои особенные секреты…

– Вот уж чего не знаю – того не знаю! – вздохнула Антонина. – Я рассказала вам, как она ко мне попала, а больше ничего про нее мне не известно.

Павел Арнольдович разглядывал шкатулку с разных сторон, поднося ее к свету и отдаляя от него.

– Интересно… – повторял он.

 – Какой необычный узор инкрустации… Словно кружево или морская пена… Ну-ка, Тонечка, посветите мне с этой стороны…

Тоня зажгла настольную лампу и поднесла ее к шкатулке, чтобы свет падал на нее сбоку.

– Интересно… – снова проговорил ученый. – Вот здесь… Это не просто узор, это надпись. Видите, она становится заметной только при боковом освещении.

– Надпись? – переспросила Антонина. – Какие странные буквы! Это арабский язык?

– Нет, Тонечка, не арабский.