Я хотел за тобой зайти сегодня, — продолжил он, обращаясь к Андрею, — вместе побродить тут. Хочешь, пошли с нами, а вечером попаришься?"
"— Спасибо, — отмахнулся Андрей, — успею еще побродить. Вы когда уезжаете? Завтра?
Сережа кивнул, лицо у него было расстроенное.
— Ну, вот тогда и поброжу, — сказал Андрей сухо.
— Давайте, я вам хотя бы дров наколю, — сказал Сережа, и, подхватив ведро, торопливо вышел во двор.
После его ухода в комнате наступила тишина — сложная и неуютная; удивительно было, что столько людей, находящихся в такой маленькой комнатке, могут так напряженно молчать.
Наконец Наташа зашуршала пакетом, который она держала в руках, и сказала:
— Вот же я идиотка.
Андрюшка, я забыла шампунь. И мыло я тоже забыла, и расческу, одни полотенца положила только. Может быть, сходишь? На моей кровати, такая серая сумочка на молнии.
— У меня есть с собой и шампунь, и мыло, — несмело сказала Марина, — нет смысла ходить, возьми мое.
— Спасибо, — сказала Наташа и улыбнулась — слишком широко, как всегда, — мне нужен мой шампунь, — и я подумала, чудесная у вас подобралась компания, прекрасные отношения, а потом я подумала — совсем как у нас.
Совсем как у нас. Я ведь даже не спросила ее, есть ли у нее с собой мыло, может быть, ей нечем вымыть голову. Она молчит и делает вид, что меня не существует, но мне пора поговорить с ней, просто потому, что у меня есть и шампунь, и мыло, и много запасной одежды, а она успела взять с собой всего одну сумку — вот она, стоит под ее кроватью, и я уверена, что в этой сумке в основном детские одежки, а своих вещей у нее почти нет, и она не попросит их у меня сама, ни за что не попросит.
