Вопреки инстинктам

Само собой, даже в человеческом обличии мы были сильны и вполне могли отбиваться от волков. Но всё равно, как бы мы не боролись со зверями, силы были не равны. Регенерация работала хуже в разы, поэтому мы быстрее выдыхались, становясь с каждой минутой всё слабее и слабее.

Моё внимание от Люды отвлекает бегущий на меня волк.

Приходится вступить с ним в схватку, отвлекаясь от Людмилы.

Мы валимся со зверем на землю, когда он добегает до меня и с разбега налетает. Все мои силы уходят на то, чтобы держать его морду подальше от себя, не дать острым клыкам задеть жизненно важные места.

К тому моменту, как мне на помощь приходит Док, перехватывая руками тело волка в районе грудной клетки, по всему моему телу кровоточат множество ран, которые успел нанести мне волк.

Яростно рыча и извиваясь, он пытается избавиться от захвата Дока, но я не медлю. Зажимаю руками его звериную голову и резко сворачиваю ему шею. Мертвая туша валится на землю.

- Что-то нужно делать с ней, - тяжело дыша, хрипит Док, показывая взглядом на девушку.

Само собой, тут на поляне уже всем понятно, что именно Люда причина этой хрени.

Док подает руку, помогая мне встать на ноги.

Сдавленно матерясь, смотрю на дерущихся зверей и людей.

Он прав. Нужно её как-то остановить.

Пока нас спасет только численное преимущество. На одного волка приходится два, а то и три человека. Но многие люди, уступившие в схватке с волком, уже мертвы.

Слава Луне, из моей команды все живы. Но это только пока.

- Прикрой меня, - рычу в ярости и бегу в сторону Люды.

Несколько Зарубинских волков, увидев, что я несусь в сторону их «преимущества», кидаются вслед за мной, пытаясь остановить. Но их перехватывает Док, а ещё несколько парней из моей команды. Они создают живую стену между мной и зверями, давая тем самым необходимое мне время, чтобы решить проблему.

Единственный вариант, который приходит мне на ум – вырубить её. Мой зверь яростно рычит, протестуя против моего решения.

Не сделай я этого, есть большая вероятность того, что мы с ним сдохнем тут.

Приближаясь к Люде я невольно замедляюсь, как только вижу её состояние.

Она выглядит ещё хуже, чем тогда, когда я на неё смотрел.

Видно, что ей тяжело даётся то, что она творит.