Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

Конечно, граф понимал, что разразится скандал, и сгоряча его будущий тесть может натворить очень многое, а потому придумал план, по которому сразу после венчания они сбегут к нему на родину в Трину. Он рассчитывал на помощь отца и на его умение извлекать политическую выгоду из любой ситуации. К тому же планировал, когда девушка родит, вернуться в Ревну и предстать перед герцогом и королем. А те, по его замыслу, увидев внука, должны все простить и непутевой дочери, и ее мужу — все же любимая дочь и посвященная.

— Откуда тебе так хорошо известны планы юноши? — внезапно спросила графиня.

— Я объясню это чуть позже. Сейчас лучше рассказывать все по порядку. История там довольно запутанная и некрасивая, — вздохнул Этьен и продолжил. — Итак, план он составил, и девушка согласилась на тайное венчание и побег, хотя и не сразу — все же это очень серьезный шаг. Но граф умел кружить женские головы, — съязвил Этьен и глянул на Анику. Та слушала, сдвинув брови, и задумчиво глядела на салфетку в своих руках. — Графу удалось утроить побег летом, когда девушка по обыкновению отправилась в герцогское поместье у моря.

Он сделал вид, что приболел, и остался в столице. Поэтому куда и с кем исчезла девушка, поняли не сразу. В тайну побега она посвятила только свою служанку, вместе с которой и бежала. Пару соединили узами брака в храме в одной небольшой деревеньке. Затаившись, они провели там несколько дней, а потом отправились на зафрахтованном корабле в Трину. И дальше все вполне могло пойти по задуманному графом Сквонатти плану, но в столице Ревны он успел обзавестись содержанкой — обедневшей аристократкой с небольшим даром, которая влюбилась в него и решила, что для нее быть содержанкой предпочтительнее, чем женой какого-нибудь купца. Когда она узнала, что ее любовник уезжает, то взмолилась забрать ее с собой. Тут граф и обмолвился, что едет с женой. Не знаю, что двигало этой содержанкой, но она упросила графа взять ее с собой в качестве служанки, пообещав, что ни на что не претендует, ничего никому не расскажет, лишь бы он был рядом.

— Прямо, как в песне, — еле слышно грустно хмыкнула погруженная в свои с мысли Аника.

Какой? — не понял Этьен.

— Не знаю такой песни.

Аника подняла на него глаза и будто опомнилась:

— Я в деревне что-то такое слышала, уже и не вспомню. Но как он сам на такое согласился?

— Видимо, считал, что без труда сможет контролировать женщину. Встречались мне такие самоуверенные, — внезапно за внука ответила старая графиня.