С учетом того, как со временем истлевал в памяти тот отрывок воспоминаний, где Лавров это самое предложение уже делал. Будто кто-то просто замазал небольшой отрезок его жизни или вовсе стер, будто нечто ненужное. К тому же никак не давала покоя эта Тараканова. Каждый раз возвращался к ней мыслями, словно что-то подталкивало к ней. Не сверхъестественное, скорее что-то в собственной душе.
— Или вообще не делай, — пробурчал Демьян, — пусть страдает. Люди вокруг будут страдать, ты будешь страдать дважды, разрываемый противоречием и все умрут, — он блаженно вздохнул, услышав смешок рядом.
Открыв глаза, наткнулся на пустые глазницы Смерти, поежившись невольно.
— Харьков, — хихикнула старуха с косой, тыча костлявым пальцем в ведущего машину Лаврова, — у тебя опять ничего не получится.
— Почему это?
Возмутился, прямо подпрыгивая, макушкой ударяясь и шипя от негодования, потирая ушибленное место.
— Потому что косячник ты! Не получится у тебя душу совратить, ты уже за ним, сколько бегаешь со времени возвращения, а парень только дела добрые делать умудряется.
Да он уже на Рай себе послужной список на пять лет вперед наработал!
— Тьфу, на тебя, старая, — сплюнул Антихрист, насупившись, — все выйдет. Договор подписал, щас душеньку еще одну угробим, дела пойдут как по маслу. Сын я Люцифера или не сын?
— Ты-то сын, но чет какой-то неудачный. Видать на тебе-то звезды не сошлись, — поцокала языком Смерть, к окну отворачиваясь.
— Ой, все!
Глава 13 — Житие святого Гордея
Университетский корпус технарей-ботаников, коими было принято считать всех, кто мало-мальски относился к инженерской профессии, располагался, чуть ли не на другом конце города от основного здания.
Какой дурак проектировал учебное заведение, до сих пор загадка. Так, если у вас в один день сопромат и иностранный язык, мечешься, как подстреленный сайгак из одного конца в другой на маршрутках да метро.
Гордею повезло чуть больше. У него хотя бы была машина. Отвезя мать Светы, домой после массажа, предварительно выслушав очередной поток нравоучений, отправился точить зубы о гранит науки.
Точнее сказать, помогать отстающим студентам его догрызать за существенную плату. Сессию закрыть хотели все, а вот мозгами Бог наделил не каждого.
— Дал Боже зайку, умом не наделил с лужайкой, — проскандировал, подъезжая к парковке, где уже мерзла пара нерадивых однокурсников, умудрившихся завалить половину зачетов из-за постоянных пропусков.
