Ворон. Осколки нас

К своему стыду, низ живота начал плавиться с первой секунды, как я очутилась у Воронова на коленях. Близость его тела сводила меня с ума.

— Мне нравится смотреть, как ты ловишь свое наслаждение… — обмакнув кончик пальца в моей влаге, Кирилл принялся кружить им по складкам, языком собирая мурашки с моей шеи, — Кончишь для меня еще разок?

Прошептала нечто бессвязное, когда Кирилл, сжав мои бедра, начал осторожно опускать меня на себя, легонько толкаясь напряженным пахом в лоно."

"На этот раз я впустила его вообще без каких-либо болезненных ощущений.

Его острый взгляд затапливал меня абсолютной любовью на грани обожания.

— Сокровище…? — нежно касаясь моей мочки губами, спросил на ушко.

В его вопросе улавливалось беспокойство. Я уверенно кивнула, и мы, как обычно, поняли друг друга без слов. Кирилл замер у меня внутри, пробираясь руками под футболку. Миг, и она полетела к его штанам, сорвав с моих губ порочный смешок.

Как я вообще до двадцати трех лет прожила без этого?

Однако, памятуя о том самом неудачном романтике с Антоном, внезапно осознала — с ним волшебства бы не случилось. Да я даже от поцелуев с Кириллом взлетала к самым небесам, не говоря уже о том, чем мы занимались сейчас…

Подавшись вперед, жених обвел мой затвердевший сосок языком. Переключившись на второй, он поочередно оставлял на тугих горошинах влажную паутинку.

Его большие горячие ладони жадно мяли мою грудь, то накрывая и сплющивая соски большими пальцами, то, напротив, обнажая их, время от времени смачивая затвердевшую плоть слюной.

Тихонько посмеиваясь, Кирилл продолжал свои ласки, и этот вибрирующий тихий звук лишь подводил меня ближе к краю…

Наигравшись с грудью, Воронов сжал мои бедра, не позволяя пошевелиться. Я закусила губу, потому что в этом положении чувствовала его особенно глубоко… Мучительно глубоко. И это распирающее ощущение буквально обваривало мои бедра кипятком…

— Моя Воронова Алина… — он смотрел прямо в глаза, упиваясь моей беспомощностью, а я лишь сильнее заводилась под этим диким взглядом.

Пальчики на ногах задрожали от удовольствия. Сердце забилось где-то в глотке. Между ног, итак, уже все было накалено до предела…

В этот раз мы занимались любовью мучительно нежно. Медленно. Однако ощущалось все не менее остро. Сладко и горячо. Внизу живота будто таяла та самая сладкая вата, липкими сгустками растекаясь по моим ногам.