Ворон. Осколки нас

— Открою вам, дети мои, секрет! — Паша задорно подмигнул, — Я же давно все понял…

— И что ты там понял? — язвительно бросил ему Кирилл."

"— Как-то заехал в «Патрики» пообедать, и увидел, как ты, Кирюха, аки пес бродячий, ошиваешься около окон. Высматривал кого-то, высматривал, да так и не решился зайти… Вроде не робкого десятка? А учитывая, что в зале кроме дикарки Алины никого не было, я сделал определенные выводы…

— Умник! — беззлобно парировал любимый, подливая мне шампанского, так как бокал, на удивление быстро, опустел.

— Ну, а после того, как я провозгласил Алину своей женой, все стало ясно как день божий! — заржал ""тамада"", — Помнишь, я пригласил тебя на нашу свадьбу в качестве гостя?

— Слушай, Паш… — Кирилл пронзил его суровым взглядом.

— Да расслабься, братишка! — вклинился Артем, — Я тоже сразу заметил. Ворвался ко мне в кабинет в тот день, Отелло недоделанный, с таким отлетевшим видом… Шекспир крутанулся в гробу волчком.

— Однако Темыч не только молился на ночь, но и посещал секцию дзюдо! — хохотнул Паша, — А вот моему носу повезло гораздо меньше…

Лицо Воронова засветилось удовлетворением и ликованием.

— Паш, за дело получил! — прищурившись, склонил голову Кирилл, — Но спасибо… — добавил он тихо, — В ту ночь я многое для себя переосмыслил. — любимый внимательно посмотрел мне в глаза, — Например то, что никому не отдам свою Лебедеву Алину. Столько нервов на тебя потрачено, Сокровище, подумал, будет обидно, если не поженимся… — хитро мне подмигнул.

На пару мгновений мы подвисли друг на друге, не обращая внимания на образовавшуюся неловкую паузу за столом.

— Так выпьем же, друзья мои, за это! И, по сложившейся уже традиции… До дна!

* * *Мы с Кириллом вернулись в номер лишь в четвертом часу утра. И, хоть выпила я прилично, чувствовала себя веселой и окрыленной, наслаждаясь компанией любимого мужчины, его брата и их друга-балагура.

… Когда дверь за нами закрылась, Воронов молниеносно схватил мои запястья, крепко прижав их к стене над моей головой.

— Что это было, Алин? — он резко вскинул голову.

— Ты… ты о чем? — промурлыкала я слегка заплетающимся языком.

— О твоем побеге в Питер… — прижал меня к стене.

— Ну, Кирилл… — я пьяно хихикнула, — Я ведь оставила записку…

Не понравился мне его взгляд.

— На клочке салфетки… Почему не разбудила? — спросил он с нажимом.

— Я знала, что ты наотрез откажешься отпускать меня в аэропорт на такси, хотела, чтобы ты выспался… — покаянно опустила голову.