Ворон. Осколки нас

И я… Глупая незрелая девочка, не сумевшая сберечь, возможно, самое важное и сильное чувство в жизни.

Теперь он казался абсолютно чужим. Чужой мужчина. Чтобы у них там не происходило с Лизой, он жил с ней. Спал с ней. Говорил ей нежности. Пора бы уже свыкнуться с этой мыслью.

— Мы постоянно сталкиваемся… Думаю, пора кое-что прояснить. То, что до сих пор не дает мне покоя…

— А надо ли? — грубая улыбка озарила мужественное лицо Кирилла, пока он продолжал смотреть на меня сверху вниз.

Закусив губу, я кивнула.

Столько раз представляла себе этот разговор…

И вот мы стояли друг напротив друга, а между нами — огромная черная пропасть, и чем дольше мы молчали, тем больше она становилась.

— Я должна попросить у тебя прощения. Я поступила очень подло и трусливо… Папа сильно болел, и я пошла у него на поводу. Прости, что не хватило смелости расстаться по-человечески. Я вообще мало что соображала в тот период. Мне жаль, что так вышло…

Кирилл, не отрываясь, смотрел мне в глаза.

— Тебе жаль, — мышцы на его челюсти напряглись.

Кивнула, чувствуя, что явно переоценила свои ораторские способности. Прямой пронизывающий до костей взгляд мужчины обвился как удавка на шее. Я физически ощущала перебои в работе легких. Однако следующие слова Воронова окончательно меня добили.

— Тогда продолжим с того момента, на котором нас прервали?

Он ведь сейчас шутит? Не так ли?

Даже спустя столько лет я детально могла воспроизвести в памяти тот самый момент. Я. Он. Кровать. Острое обоюдное желание, растекающееся по венам.

— Ты всерьез думаешь, что мне до сих пор это интересно? Алин? — закусив нижнюю губу, Воронов криво улыбнулся.

В его глазах светилось пренебрежение.

— Ты и сам прекрасно понимаешь, что наша история осталась в прошлом, — с трудом, но я выдержала его тяжелый взгляд исподлобья. — И еще… — я шумно глотнула воздуха.

— М?

— Моя работа в «Патриках» — чистая случайность.

— А если бы знала?

— Тогда мы бы не встретились, — ответила после небольшой паузы."

"Зато честно. Потому что вряд ли я по собственной воле обрекла бы себя на эту добровольную пытку. Особенно зная, что он в отношениях. Если уж быть до конца откровенной, десятой дорогой обходила бы этот ресторан…

— Хорошо.