Я млела, мысленно подсчитывая, сколько раз его губы прикоснулись к моему лицу. Двадцать. Двадцать один… Двадцать два… В эту секунду я пропала. Безоглядно.
- Я хочу тебя поцеловать. – прошептал, продолжая скользить по моей щеке влажными губами. – Можно?
Глава 37.1
- Ты ведь, итак, уже целуешь… – мой голос охрип от ощущений, потому что его губы только что осушили все мои слезы.
Однако теперь мне было абсолютно не до смеха. Происходило что-то очень важное, настолько, что могло перевернуть всю мою жизнь вверх тормашками.
Кирилл пожирал меня глазами. Я видела в них невысказанную боль и тоску, догадывалась, что для нас этот поцелуй станет не первым, а последним. Прощальным.
- Я хочу поцеловать тебя по-взрослому.
- До остановки дыхания?
- Да.
- Ну, тогда целуй.
- Ты помнишь, о чем я тебя предупреждал, мелочь? – голос Кирилла срывался, — Это просто поцелуй. Не принимай близко к сердцу. Андестенд?"
"- Просто поцелуй. – повторила послушно, - Я не собираюсь влюбляться в такого самоуверенного пернатого дурака.
Смотри сам не влюбись.
Он хмыкнул, прижимаясь ко мне теснее. Сама не поняла, когда моя нога оказалась зажата между его, похоже, мы так лежали уже какое-то время.
- Алина… - прикрыв глаза, его губы наощупь отыскали мои.
Мир стал звучать на полутон ниже.
Я судорожно втянула воздух, потому что это было как удар электричеством по всем моим нервным окончаниям разом. Пульс забился в агонии. Ощущения, закружившиеся в животе, заставили мозг отключиться.
- Али… н-а – простонал мне в рот.
Дыхание к дыханию. Выцеловывая свое имя на моих губах. Или мое на его? Его губы окончательно завладели моими. Кирилл неторопливо очень ласково водил ими от уголка к уголку. Словно рассасывал леденцы.
- На вкус ты даже лучше, чем я мог себе представить… - усмехнулся, слегка отстраняясь: он заглянул мне в глаза.
- Готова? – громко сглотнул.
К чему? Нет? Разве мы не закончили?
- Готова. – сама поразилась, насколько категорично это прозвучало от такой известной плаксы и слабачки.
А потом я узнала, что значит настоящий поцелуй с языком…
Его губы слились с моими губами. Они были грубыми. Раскованными. Агрессивными. Желающими. Требовательными. Наглыми. И ласковыми. Такими ласковыми, что я растворилась в сильных мужских руках. Рассыпалась. Сгинула в бездну. Возродилась вновь.
Задохнувшись от ощущений, я запустила пальцы в его жесткие густые волосы, слегка потянув Кирилла на себя.
