- Учитывая эти мутные «вечеринки», понятно, в кого твой одноклассник такой – одного дуба желуди! Настоятельно рекомендую держаться от этого парня как можно дальше. Хотя, ты у меня девочка умная, сама не посмотришь в сторону подобного… – кашлянул, – экземпляра.
Пока родитель накладывал себе еще одну порцию омлета, «умная девочка» старательно делала вид, что увлечена танцем чаинок в кружке.
На самом деле мне кусок в горло не лез. В груди развернулся самый настоящий полигон боли. После слов отца все позитивные эмоции, вызванные совместным завтраком, рассыпались в пыль.
Хотелось только поинтересоваться: «почему ты раньше не предупредил меня, пап?» А теперь поздно… Данный экземпляр уже разбил мое глупое сердце на миллион осколков…
* * *На тригонометрии Злюковна приложила все усилия, чтобы окончательно нокаутировать мою и без того изувеченную гордость. Иначе как еще объяснить это маниакальное желание педагога унизить меня у доски? Еще и реплику, напоследок, отвесила.
«Ой, Лебедева-Лебедева, получать тебе одни лебеди!»
Разумеется, несколько особо одаренных тут же ее подхватили, дразня меня так до самого вечера.
Как ни старалась отвлечься, все равно мысленно я возвращалась во вчерашний вечер. Хотелось выведать у Марины неизвестные мне подробности, однако она так и не появилась в школе, ответив на мое сообщение с вопросом «как дела?» пространным «нормально».
Ксюши тоже не было: с утра одноклассница огорошила, что недомогает и останется дома, дабы успеть восстановиться к зимнему балу.
И Воронов не явился.
Наверное, его святейшество пернатый идиот, изволили лечь почивать только под утро, ведь, судя по заверениям отца, его гости гужбанили до рассвета. Интересно, та длинноногая «мисс» тоже ушла или… осталась?
«А тебе какое дело, сестренка?» – тут же съехидничал внутренний голос.
Грустно вздохнув, я вынуждена была признать – от мысли об этих двоих в одной постели выть хотелось. Ну, не дура ли? Он унизил меня, растоптал, а я, несмотря на позор вселенского масштаба, ощущала такую разъедающую нутро щелочную ревность, что дышать было больно.
Жалкая-жалкая Аля.
Возвращаясь со школы, меня ждала «удивительная» находка. На ржавом почтовом ящике, установленном между нашими участками, лежал какой-то подозрительный пакет. Первой мыслью было пройти мимо, вот честное слово…
Однако в голову вдруг закралась мысль, что я могла попросту оставить у него что-то из своих вещей. Ну, мало ли.
