Но летом тебе исполнится восемнадцать – не нужно будет ничье одобрение.
Я лишь грустно усмехнулась.
- У тебя все так просто.
- А что тут сложного? Ты ведь интересуешься дизайном одежды? Будешь учиться на самом лучшем факультете! Я уже все узнал. Завтра посмотрим, какие есть варианты.
- Папа хочет, чтобы я училась здесь, получила какую-нибудь фундаментальную специальность типа бухгалтера или экономиста. После каникул у меня начинаются занятия с репетиторами пять раз в неделю.
- Тут болото, Алин. Вообще ловить нечего.
И всего несколько часов от Москвы. Думаю, за эти месяцы ты найдешь правильные слова, чтобы его убедить? Представь, как будет круто жить вместе? Спать вместе? М…? – размашисто прошелся языком у меня за ушком, а после, овеяв кожу горячим дыханием, начал посасывать мочку.
Я непроизвольно запрокинула голову, позволяя Воронову творить это маленькое безобразие своим ртом, теряя нить разговора…
Кирилл искупал меня в своем сдержанном желании, и я окончательно пропала, блаженно прикрывая глаза.
И вроде бы он не делал ничего такого – целовал, ласкал – а мое сердце трепыхалось как птичка, пойманная в силки.
В этот миг я поняла, что влюбилась окончательно и бесповоротно, и уже никто и ничто не сможет нас разлучить.
- Я должна тебе кое в чем признаться… – прошептала, надсадно дыша.
Глава 65
- Даже боюсь представить, что это будет. Я ещё не отошёл от признания, что Безруков целуется лучше.
- Ну, Кирилл, – я хихикнула.
Неужели он воспринял мои слова о Егоре всерьёз? В таком случае пусть немного поволнуется, прежде чем я открою правду.
- Я тебя внимательно слушаю, Лебедева Алина. – Водил кончиком носа у меня за ушком, превращая нижнюю часть тела в желе.
- Я знаю, ты привык к особого рода отношениям…
Он усмехнулся.
- И к каким же особого рода отношениям я, по-твоему, привык? Объясни. Я тебя внимательно слушаю.
Дурачок или прикидывается?
- Я пока не готова к этой фазе, Кирилл. Не все сразу… – пробормотала сбивчиво.
В ожидании его ответа, чуть не сгрызла нижнюю губу, параллельно теребя край пижамной кофты.
- Почему ты молчишь? – не выдержав, прервала затянувшуюся паузу. – Скажи, что-нибудь! Это важно.
- А что тут скажешь? – нахальный смешок. – Я конкретно попал. Связался с ребёнком!
- Знаешь что! – аж задохнулась от негодования. – Иди ты, Воронов! Вот реально, тебе лучше уйти… – попыталась вырваться… – Дурак какой-то! Тогда что тебе от меня надо?!
И снова этот бессовестный смех.
