Онлайн-библиотека книг
Но на мерцание способны только сумеречные маги, да узкозаточенные портальщики. Говорят, бывают редкие амулеты, открывающие портал. Но мне, как и большинству живых, они не встречались.
Я бы отказала ему, но не могу. Одуванчик помог мне. Без него Горбатый Нос сбежал бы и увёл коня в те земли, куда я не сунусь. Нехотя распахиваю дверь, пропуская его первым в дом.
Сучьи сумеречные маги! Миро, развалившись в кресле у очага, смеётся, запрокинув голову. А Оника сидит напротив, раскрасневшись, не сводит с него лихорадочно блестящих глаз.
– Ей всего шестнадцать, коты весенние! – На мой возглас оба подскакивают со своих нагретых мест.
– Миро, жди на улице, – сурово сверкая глазами, приказывает подчинённому Амиран. И Миро так ретиво выбегает прочь, что и мой Мрак бы позавидовал его прыти.
– Я разберусь, – заявляет он так, что у меня и сомнения нет: разберётся.
– Эви, я… – лепечет девчонка.
– Мухой на кухню! Быстро наведи там порядок, а потом Мрака почисти и накорми, – строго смотрю я на Онику.
– Завтра я приду за вами после утренней трапезы, Эвара. Будьте готовы. Запечатайте дом. За Онику не беспокойся. Моя старая няня мается без дела, присмотрит за твоей девчонкой. А Миро и на выстрел арбалета не подойдёт к ней. Разместим Онику, скакуна и сразу отправимся в дорогу. – Щуря глаза, приближается ко мне сумеречник.
Какой-то он подозрительный…
– А теперь я хочу получить благодарность, детка, – чарующе улыбается белобрысый маг.
– Спасибо?! – хмуро смотрю на него я. Чего он хочет?
– Поцелуй, – отвечает на мой вопрос Амиран, хотя я его не произносила вслух.
– Ну уж нет! – восклицаю я и тут же мычу.
Оттого что, без разрешения беспардонный блондинчик приникает к моим губам и нагло вторгается в рот. Так и клюнула бы его в язык! Но вместо сопротивления, нахожусь в непонятном оцепенении и позволяю дальше целовать себя. События сегодняшнего дня исчерпали весь запал.
– Сладких снов, вкусная детка, – нежно шепчет блондинистый бабник, оторвавшись от моих губ.
– Я не де…
И уходит, тихо прикрыв за собой дверь.
–…тка, – заканчиваю я в пустой комнате.
«Завтра мне будет лучше, и тогда держись», – вяло додумываю я своё возмущение."
"Скидываю плащ и из последних сил добираюсь до кресла, валюсь в него и вытягиваю уставшие ноги. Мечтаю о том, как стяну тесные в голенище сапоги.
Пару-тройку лучин – и поднимусь.
