Пока Лера раздумывала куда ей в первую очередь, к ней подошли подруги — Мира со своей закадычной рыжулей.
— Ты чего смурная такая? Совсем заругал, да?
— Этот может. Порой всю душу вытрясет, — вздохнула Линка.
Лера неопределенно хмыкнула. Не расскажешь же, что на самом деле происходит. Про коленки дрожащие и поцелуи, от которых голова кружится и губы горят.
— А хочешь с нами? Пойти и поглазеть на дружину княжескую.
— Так он запретил. Под страхом страшных-страшностей.
— Ой, подумаешь, — фыркнула княжна, — не узнает он.
Что случиться может в княжьем тереме, да когда еще и сам князь с дружиной на подходе? Нешто нападет кто? — рассмеялись обе, — смотри: мне сейчас к матушке нужно бежать. Переодеваться, чтоб братца честь по чести встретить. Линку я всегда с собой беру, вроде как в сопровождающие. Хочешь с ней? Я укромный уголок ей показала, где спрятаться можно. Тебя не видно, а ты всех-всех на подворье разглядишь. Интересно, поди? — задорно сверкнула Смирена светлыми глазами.
— Еще как. А точно получится? — засомневалась Лера.
— Пф! Мы сотню раз так делали. Сейчас в тереме такой переполох, себя никто не помнит.
— Мы же не ненадолго?
— Знамо дело. Ты только шапку по самые глаза натяни — тебя и не признает никто. Как есть — мальчонка.
Когда трое тепло одетых девушек подошли к старшей смотрительнице, та привычно нахмурилась. Уж явно что-то задумали. Смирена выступила вперед, гордо расправив плечи.
— Слыхала, поди, Молчана, что брат мой, князь наш, возвращается?
— Всякое может быть, — уклонилась та от ответа.
— Я тебе говорю. Матушка челядинку присылала, мне идти надобно. Могу пораньше, а могу, когда ты скажешь. Но тогда опоздаю и матушку прогневаю. Знаешь, что тогда будет? — невинно поинтересовалась та, делая вид, что не замечает испуга на лице пожилой женщины.
— А с этими что? — кивнула она на сопровождающих
— Как что? Линка, как всегда, со мной. А Лере надобно с воеводой поздоровкаться. Как-никак сродственники они. Или думаешь — не стоит ему такой чести? — насмешливо прищурилась княжна.
"
"— Ох, да за что мне это все! Иди, токмо меня не выдавай, — женщина споро подскочила и повела их через кухню, кладовые, свернула в узкий коридор. Самолично отперла замок и выпустила девчонок наружу.
— Чтоб за ворота не ходили. Токмо тут будьте, — громко прошептала она девчонкам.
Но куда там! Взявшись за руки, стрекозы упорхнули, обходя людный двор по краешку.
— Ох, беды бы не случилось. Храни нас Макошь[1], — пробормотала старуха, хватаясь за оберег.
