А к той, что шла рядом. Свадебное платье цвета робкой, едва наступающей зари. Когда солнце только-только целует горизонт. Цвет доселе здесь невиданный, что уж про фасон говорить. Много про это платье слухов ходило, что-де привезла его с собой из далеких земель невеста, потому отличное оно от местных напрочь. А что в нем — конкретно не знал никто. Кумушки в светлицах себе языки счесали, строя предположения и небылицы. Оказалось, что не хватило им фантазии буйной даже близко к правде подойти.
Потому как не привычные каменья были главным украшением, а — цветы.
Сделанные из ткани разных оттенков — от белого до ярко-розового они пышной пеной лежали вокруг плеч. Так как такого понятия как декольте здесь не существовало, пришлось закрыть участки кожи до самого горла тремя слоями телесного шифона, который расшили мелким жемчугом и бисером, словно капли дождя вот-вот скатятся на пышные лепестки цветов. Само платье с помощью корсета подчеркивало немыслимую талию девушки, от которой расходилось пышным каскадом.
Главным украшением были те же цветы по подолу, в серединку каждого мастерицы вшили крошечную жемчужинку или бусинку хрусталя. А со спины, прямо от талии, водопад цветов стекал, расширяясь буйством разноцветья. Верхняя юбка была из прозрачного розового шифона, под которым находился атлас аналогичного цвета. На руках, до самых локтей невиданные здесь паутинно-кружевные перчатки, острый конец которых надевался на средний палец. Взгляды зрителей мгновенно прикипели к правой руке, на безымянном пальце которой огненно-красным горело обручальное кольцо.
Даже букет, который сжимала новобрачная был невиданным: Драгомир перед выездом вручил ей букет белых орхидей.
Голову укрывала воздушная полупрозрачная белоснежная фата, крепившаяся к затылку. А на голове у новобрачной была совершенно необычная конструкция, которую много позже назовут «тиара».
Яра дар речи потеряла, когда они вместе открыли бархатную коробку с подарком волхва.
На черном бархате высокомерно поблескивали гранями бриллианты
— Это что? — восхищенно прошептала она, — твой муж ограбил чью-то сокровищницу?
— Оно точно мне? — растерялась Лера, не решаясь притронуться к подарку.
— Такую красоту страшно трогать, но нам все же нужно решиться и достать это сокровище. Ты должна примерить. И да, без вариантов — ты идешь на пир именно в этом. Все мои побрякушки меркнут и выглядят жалкой бижутерией.
