Воровки

Пока братва нюхала кокаин, Марта ловко всыпала порошок в стоявшие рядом с ней стаканы.

Я вытерла пот со лба. Мне казалось, все заметили, что сделала Марта. Но братаны не обращали на нас внимания, а Юсупа в каюте не было. Недалеко лежал шприц. Один из мордоворотов хотел уколоться, но для начала решил сходить в туалет. Как только он удалился. Марта моментально подменила шприц на тот, что лежал в ее сумочке.

– Марта! Ты что творишь?! Вдруг заметят? – испугалась я.

– Сиди как ни в чем не бывало. Иначе ты будешь не только скормлена рыбам, но и оттрахана этой братвой по полной программе, – произнесла она чуть слышно.

Я с ужасом посмотрела на вернувшегося из туалета братана. Он взял шприц и ввел лекарство. Как только содержимое попало внутрь, мордоворот закатил глаза и откинулся на спинку кресла.

– Марта, он живой? – прошептала я.

– Здесь сильнодействующий наркотик. Сердце может не выдержать.

Мордовороты, сидевшие по соседству, крепко уснули. Марта делала вид, что разливает джин, а сама сыпала клофелин во все стаканы, до которых могла дотянуться.

– Все, – наконец сказала Марта и посмотрела на спящую братву.

– Клофелин закончился.

– Сумка, больше ничего нет.

– Что же нам делать, – расстроилась я.

– Наверное, придется сдохнуть, как собакам, – грустно вздохнула Марта.

– Не говори ерунды. Мы должны выбраться.

– Тоже мне, ентимистка хренова! Как же ты выберешься, если кругом вода. Я, например, плавать не умею.

– Вот видишь, а еще выбираться собралась.

Куда, скажи на милость?!

– Я верю в то, что приплывет Славка и нас спасет.

– Ага, три Славки! Дура ты наивная! Ничему тебя жизнь не научила! Откуда Славка знает, что мы на этом чертовом катере находимся.

– Господи, Марта, неужели мы сегодня умрем?!

– А не надо было связываться с кем попало, так что сама виновата, – сказала Марта и, отвернувшись, замолчала.

В каюту вошел Юсуп и посмотрел на заснувших братков.

– Уже нажрались, как скоты накурились и обкололись! Еще трахаться хотели, козлы!

Мордовороты, которым не хватило клофелина, умолкли.

Через минуту к катеру причалила яхта, и на борт поднялись несколько молодых мужчин. Один замер как вкопанный и уставился на нас, боясь пошевелиться. Я сразу поняла, что его уже видела, но где, не могла вспомнить. Он взглянул на уснувших и усмехнулся:

– Знакомая тема, – затем повернулся к нам и низко поклонился:

– Добрый день, миссис Смит и ее московская подруга.