Ворожея: Лёд и Пламень

Люди с окрестных деревень хоть и просили помощи, но сами избы сторонились, бабку нечистой силой считали. А тот же Тишка, спасенный бабкой от анчутки, что хотел над упыренком подшутить, да чуть не утопил, отличался верностью, почти собачьей.

Русалка, которой она кушак подарила, тоже завсегда приплывала ее проведать. Хоть и не помогло это ей уйти в Навь, но помнила та доброту. Рыбы могла принести и просто посидеть на берегу, поболтать. Подруг у Вильфриды не было, она как-то попробовала в лесу заговорить с деревенскими девками, так те ее шишками закидали, а потому была рада даже общению с русалкой.

Водяной их тоже не обижал, мог жемчужину красивую подарить или раков наловить.

С этими мыслями она легла в кровать и накрылась шкурой, подаренной лесовиком. И зачем этим людям помогать? Явится князь, сказать, что не ведает ничего про меч, и пусть катится восвояси. С чего она ему помогать станет? Его прадед сильно бабку ее обидел, а она теперь ему меч сыскать помоги. Вот еще. Лучше сама отыщет. Такой силы оружие и ей самой сгодиться может.

И почему Ясиня вечно горевала о том, что так и не стала ведьмой княжеской? Про Бажану вспоминала, а та сгинула, ее и искать никто не стал. Неблагодарно людское племя, прав в этом Прошка.

Во сне ей привиделась бабка. Ясиня стояла подле кровати и гладила морщинистой рукой по волосам.

— Не горячись, девка. Мара-то в тебе говорит. Хочет с пути сбить. Ты и сама племени людского. Их и держаться надобно. То, как со мной обошлись, и моя вина. Не во всём я с тобой честна была.

Рассказала, как они с Лешим обманули князя. Что поверила нечисти и хотела таким способом стать ведьмой самого древлянского правителя. Позволила сгубить Бажану ради своих честолюбивых помыслов.

— Тебе судьба уготована богами яркая. В две нити Макошь прядет твою жизнь. По какому пути пойти, только ты сама выбрать сможешь. Стать Мары жрицей и соратницей верной, да людей губить, или же верной подругой и советницей князя. И вместе с ним Русь от гибели спасти. Но как оно станется, никто не ведает, ни я, ни Мара, ни сама матушка Макошь.

Лишь ты сможешь дороженьку свою проложить. Лишь тебе под силу с богами тягаться. Оттого и меч приняла. Знала, что будет у меня внучка, да силы такой, что мне и неведома. А как ее сыскать, сама вскоре поймёшь, как за мечом князь явится. Но то когда будет. А пока спи, моя искорка ясная. Не тревожься понапрасну.

Провела рукой по голове ее и исчезла, как и не было. Вильфрида подскочила на кровати. Сердце бешено стучало в груди.