Ворожея

 — Иди ко мне, сынок, скорее.

— Ты не пугайся, она сквозь дверь не пройдет, — малец забрался к мамке под шероховатую простыню и прижался худым долговязым телом. — Вот-вот барабанить станет. — И только поспел сказать, как в оконце кто-то постучал. У Домны гулко забилось сердце. Она притиснула сына еще сильнее. — Ты не мысли, я не страшусь. Я ведь мужчина. Я и тебя обороню, ежели потребуется.

Женщина улыбнулась, на душе потеплело… Стук повторился в иное оконце. По телу побежали мурашки.

— Эй, Домна! — послышался взволнованный голос Череды.

 — Отвори мне дверь, скорее!

Староста? Ужас сам собой с хребта скатился. Домна села и принялась водить по полу ногой в поисках лаптя. Да где ж он?

— Скорей! — громче крикнул Череда.

— Не надобно, это не дядька Череда, — Гедка уцепился за рукав материнской рубахи и потянул обратно.

— Ты же сам слышишь.

— Верь мне, мамка! — постреленок изо всех сил тянул мать к себе.

— Домна, скорей, помоги мне! — взвыл староста.

— Перестань, Гедка! Ты же сам слышишь, ему подмога надобна, — мать рванула рубаху, но избавиться от цепких ручонок оказалось не так-то просто.

 — Отпусти! Кому велю?!

— Мамка, это Кукоба гласом старосты молвит. Не отворяй, мамка!

Домна почуяла, как испугался малец. Никогда прежде она не слыхала, чтобы он так страшился. Даже когда его каменьями забить хотели. Она остановилась в нерешительности.

— Домна! — староста закричал так, точно его на части рвали. А ежели все ж Гедка ошибся? Что, ежели сам еще в своем даре толком не разобрался? Что, коли это Кукоба на мальца ворожбу насылает? Так неужто Домна позволит, чтоб добрый человек пропал? Она кинулась к двери.

— Нет, мамка! — завопил малец и побежал следом. Домна стала как вкопанная. Рука легла на засов, но что-то внутри не дозволяло отворить.

— Ежели не веришь — выгляни в оконце, — повис Гедка на подоле матери. — Глас она подстроить умеет, но вот лик сменить не может.

— Домна!!! Забивают!!!

Домна подкралась к оконцу и осторожно выглянула. У двери стояла старуха в лохмотьях и орала гласом старосты.

Ведьмарка мигом почуяла на себе чужой взгляд. Домна лишь моргнуть поспела, как страшный беззубый лик уже ухмылялся с той стороны оконца. Бельма точно в душу уставились. Домна попятилась. Гедка словно из-под половицы вырос. Стал прямо пред мамкой. На Кукобу глядит так, как кот на собаку, что чужой обед умыслила съесть. Ведьмарский рот скривился от злобы. Старуха подалась назад. Затряслась. Завизжала страшно. А после пропала, точно ее и не было.