Их шаги эхом разносились по пустой пещере, отражаясь от её каменных стен. Внезапно Вильфрида остановилась и прислушалась.
— Слышишь?
Впереди послышалось тихое пение. Князь кивнул.
— Поёт кто-то… Пойдём посмотрим, что ли?
Тот кивнул и первым шагнул в тёмный проём. Пол зала был выложен гладкими каменными плитами, а стены украшены сложными резными рунами. В центре зала стоял трон из тёмного камня, на нём сидела птица Алконост и тихо пела.
Алконост была прекрасна. Её перья переливались всеми цветами радуги, лицо её было красиво, руки тонки.
Она сидела, закрыв глаза и сложив крылья поверх рук, будто яркие рукава платья.
Трон, вырезанный из цельного куска тёмного камня, украшенный искусной резьбой, каменьями, стоял он меж двух колонн из камней самоцветных, что светом освещали весь зал.
Заметив путников, птица замолкла и открыла глаза, протянула руки к ним.
— Вижу, князь ко мне пришёл,
В темноте меня нашёл.
Значит, сбудется преданье,
Долго длилось ожиданье.
Но пришёл сегодня князь,
Чтоб послушать птицы сказ.
Она говорила стихами, протягивая руки в сторону Светозара.
Ладу он свою сыскал,
Ту, что так давно алкал.
Коль судьба вам пожениться,
То наследнику родиться.
А пока сыщи клинок,
Путь лежит твой, князь, далёк.
Нужно разгадать суметь
Мой вопрос, иначе смерть.
Напугали слова Алконост князя, но деваться некуда, кивнул. Опять загадки, так пока меч сыщешь, земли от мороза погибнут. Но что тут поделаешь, придётся разгадывать, иного пути нет, видимо.
— Загадывай, давай, — попросил он птицу.
— Корни древа в Нави сыщешь,
Кроной в Ирии он свищет.
Ствол увидите вы тут,
А название ему…
— Дуб, — закончила загадку Вильфрида.
— Верно дева слово молвит,
Дух её преданья помнит.
Вот ещё одна задача,
Отгадай, а то иначе…
— Да помню я, — перебил князь.
— Дом висит среди ветвей,
А на нём среди цепей…
Дом качается без окон,
Весь железом он окован.
Много платьев в доме том,
Зваться дому…
И снова ответила ведьма:
— Сундуком!
— Вновь девица, ты права,
Верные твои слова, — стихи птицы князя уже начали раздражать, но приходилось слушать, меч нужен был.
— Дом открыть непросто тот,
Путь к нему лежит далёк,
Он огнём висит объят,
Словно золото горят,
Руны, что его хранят,
В доме том лежит ваш клад.
Спрятан ключ среди камней,
И храним царицей сей.
Если сможешь не забыть,
Ту, что должен ты хранить,
Ключ тебе отдаст она,
Ну а нет? Твоя вина.
Средь камней навек оставит
И служить себе заставит.
