И теперь с ужасом ждала окончания рабочего дня, поскольку знала, что ее не выпустят из проходной ни за что на свете.
И уж под утро приснился и вовсе какой-то сюрреалистический кошмар. Будто идет она по длинному-длинному коридору, а по сторонам — бесчисленные двери. И Надежда знает, что идет она в приемную директора. Однако с каждым шагом коридор становится уже и темнее, а двери вокруг — все обшарпаннее.
И когда до Надежды наконец доходит, что это вовсе не путь к приемной директора института, что там не может быть таких жутких дверей и рваного линолеума на полу, коридор заканчивается тупиком, то есть перед Надеждой оказалась просто кирпичная стена.
Она хочет повернуть назад, но ноги буквально прирастают к полу.
На этом месте Надежда проснулась, потому что муж тронул ее за плечо. Оказалось, уже утро и муж встал и собрался на работу. И даже позавтракал самостоятельно.
Надежда пила кофе и думала о вчерашнем происшествии. Настроение было ужасное, и вовсе не из-за плохого сна. Прислушавшись к себе, она поняла, что ее мучают угрызения совести.
Конечно, Нинель Борисовна Камнеедова не вызывала у людей добрых чувств, ее не любили подчиненные и боялись посетители, однако все-таки она умерла, а смерть — серьезное событие… И не приложила ли Надежда к этому руку? То есть она, конечно, не хотела ничего плохого, ей просто нужно было попасть в кабинет. Так тот тип, что охотится за обезьянами, тоже вроде бы не хотел ничего плохого, тут просто случайное стечение обстоятельств.
Но с другой стороны, уж не указание ли это свыше, чтобы Надежда прекратила поиски и угомонилась наконец?
«Вот-вот, — ожил ее внутренний голос, — и я о том же!»
Может, это и верно, однако тот мужчина уж точно не успокоится, пока не найдет свою обезьяну."
"А что, если он ее не нашел? Ведь осталось еще три, вдруг по закону свинства то, что он ищет, окажется в самой последней? И теперь, когда цель становится все ближе, его нервы на пределе и он может убить еще кого-нибудь… И она, Надежда, могла бы предотвратить это, но не станет.
Потому что ее, видите ли, мучает совесть!
Надежда допила остывший кофе и поняла, что дальнейшие сомнения и колебания ни к чему хорошему не приведут. Только время впустую потратит. И вообще, лучше жалеть о сделанных ошибках, чем об упущенных возможностях.
Она достала список, выписанный из амбарной книги. Так, осталось три мобильных номера. Шансы увеличиваются. Три из восьми. Не так уж плохо.
