— Это не грабеж, а порядок! Ты мне лучше скажи, голубь, ничего от меня не утаил?
— Ничего, заступник! Вы же меня знаете — разве я вас когда обманывал?
— Да сто раз с четвертью!
Трактирщик пристально уставился на Васю, и тому показалось, что этот взгляд пронизывает его насквозь и становятся видны не только все его тайные помыслы, но и удивительная монета, припрятанная в потайном кармане.
Однако Николай Парфеныч ничего не сказал, только хмыкнул и сделал жест рукой — мол, можешь идти.
Вася облегченно вздохнул, развернулся и пошел к двери.
Уже перед самым выходом он ощутил вдруг то же самое неприятное чувство — будто кто-то смотрит ему в спину пристальным и настойчивым взглядом.
Вася обернулся, но снова не заметил ничего подозрительного, только пьяный чиновник смотрел в пространство остекленевшими от выпивки глазами…
На следующий день после инцидента с тещей Сугробова Надежда Николаевна решила начать новую жизнь. В смысле — взяться за ум. В смысле — забыть (хотя бы на время) о своем самодеятельном расследовании и заняться домашним хозяйством.
«Давно бы так! — одобрил такое решение внутренний голос. — И хорошо бы прекратить это расследование не на время, а навсегда!»
Надежда не стала ему отвечать. Она посчитала это заявление натуральной провокацией.
Новую жизнь она начала с того, что обошла квартиру, решая, что требует немедленного вмешательства. И обнаружила, что занавески в гостиной очень запылились. Вообще, их следовало поменять на зимние. Вон, соседи уже поставили на машину зимнюю резину, а уж муж-то ее давно это сделал, а она все еще живет с летними светлыми занавесками… хорошо еще, что за это не штрафуют, как за неподходящие шины!
Обычно занавески она сдавала в химчистку, но тут ее обуяла гордыня.
Зачем их куда-то сдавать, если она вполне может постирать их в стиральной машине? Машина у нее хорошая, новая, в ней много всяких программ и режимов…
Сказано — сделано.
Надежда сняла летние занавески, повесила на их место зимние, полюбовалась ими, летние положила в машину, пошла в кладовку за стиральным порошком…
И тут, к своему стыду, убедилась, что нужный порошок давно закончился.
Ей, понятное дело, нужен был порошок для автоматической стирки цветных тканей, а в кладовке нашелся только для ручной стирки и для белого.
— Придется сходить в магазин! — проговорила она в пространство.
Из кухни на ее голос выглянул Бейсик и умильным взглядом намекнул, чтобы хозяйка не забыла кота и купила ему чего-нибудь вкусненького. Раз уж идет в магазин.
