Да и не хотела этого делать — его объятия были такими теплыми и какими-то родными, что я почти перестала злиться. Только плакала, и слезу попадали на его пальто.
— Я не хотел тебя обидеть, — тихо сказал Олег, гладя меня по спине. Кажется, он не совсем понимал, как себя вести, а я, уткнувшись лицо ему в грудь, злорадствовало. Оказывается, слезы — мощное оружие даже против таких умных и расчётливых мужчин, как он. Неожиданно, правда? Теперь мучайся от стыда, мой милый. Довел бедную Танечку до слез. Танечка плачет, Танечка страдает, Танечка не знает, что ей делать и как жить.
А все ты виноват. Разумеется, вслух я этого не говорила, но плакать не прекращала. Мои плечи вздрагивали, слезы стекали по щекам на шею и попадали под шарф, а Олег, который явно имел не слишком большой опыт общения плачущими женщинами, неловко меня успокаивал.
— Таня, перестань. Ничего страшного не случилось, — негромко и растерянно сказал он.
— Ты меня ненавидишь, — всхлипнула я. Как мне показалось — очень искренне.
— Что за бред? — Олег отстранился от меня и, взяв мое лицо в ладони, заглянул в глаза.
— С чего ты это решила?
— Специально издевался надо мной, — трагическим тоном прошептала я. Он коротко выдохнул. А я, положив свои ладони поверх его,
— Зачем ты так со мной поступаешь?.. — спросила я, понимая, что главное — не перегнуть.
— Таня, я же сказал — ты не должна была так говорить, — нахмурился он. — Не нужно выставлять меня тираном перед студентами. Я действительно серьезно отношусь к своей работе. Но я точно не испытываю к тебе ненависти.
Если ты не заметила, я поставил тебе тот балл, который ты заслужила своими ответами. Хватит плакать, хорошо?
Кажется, он хотел поцеловать меня, но не стал — вспомнил, что мы на территории университета, и просто погладил меня по голове, как маленькую. А потом достал влажные салфетки и стал вытирать мне слезы. Это было так мило, что я почти простила его. Однако, когда он чуть не стер мне полброви, которые я каждое утро подкрашивала специально для него, платок пришлось отобрать.
Мужчины не всегда должны знать, как выглядят их женщины без косметики — нужно беречь хрупкие нервы. Хотя, Олег-то меня уже всякую видел. Даже в белье.
Глава 25
Прижимая к себе, Олег пытался меня успокоить. А я все плакала и плакала, уткнувшись лицом ему в грудь, хотя, надо признаться, это мне уже порядком надело, но я просто не могла остановиться. Возможно, я была бы идеальной драматической актрисой. Мои горькие слезы разжалобили даже суровую скалу.
