Совсем уже охамел! Будет просить прощения, пока лоб не разобьет.
— Извиниться? После того, как ты дважды причиняла урон моему имуществу? Ты действительно думаешь, что я сделаю это? — деланно ласково спросил Владыко.
— И когда же был первый раз? Давай, расскажи! Не стесняйся, придумывай и ври, — подбодрила его я.
Его ответ огорошил меня, да так, что правый висок начал пульсировать.
— В первый раз твои дружки прокололи мне шины. Ты ведь хорошо помнишь это? — спросил он. — Должна помнить.
Ты ведь тогда так вовремя появилась рядом.
— Да, я была рядом, но это случайность — смею напомнить, если тебе последние мозги отшибло. Не вешай на меня всех собак, Владыко.
— А то, что шины мне прокололи твои одногруппники, тоже случайность? — вкрадчиво поинтересовался Олег. — Васильев и Алиев. Тот самый Алиев, который по случайному — разумеется! — стечению обстоятельств считает себя твоим парнем. Давай будем честны, Татьяна. Ты попросила Васильева и Алиева проколоть мне шины, чтобы сблизиться со мной.
Появиться рядом с чудесным предложением подвезти. А потом попросила их же о новой услуге — поцарапать мою машину.
В этот момент я прокляла все на свете.
Я прикусила губу. Илья и Кайрат, две большие умные головы, набитые картошкой, спасибо вам за помощь! Сейчас Владыко линчует меня прямо по телефону — он ведь сможет, я знаю!
— С чего ты взял, что это были Илья и Кайрат? — спросила я, пытаясь сделать голос уверенным, но получалось не очень хорошо.
— Получил видеозапись. И теперь думаю — обращаться ли мне с ней в полицию или нет, — задумчиво поведал Олег. — И да, Таня, только не начинай сейчас снова свою пластину, что это не они, и что ты не имеешь к этому никакого отношения. Иначе я окончательно взбешусь.
Он не шутил — я отлично понимала это, но находилась в растерянности.
— Хорошо, признаю, что это были они. Но, клянусь, Олег, к тому, что произошло сегодня, я не имею никакого отношения.
— Поговорим завтра. В восемь жду у себя на кафедре, — сказал Владыко.
— Но я ведь не твоя студентка, — нахмурилась я. Занятия у нас начинались в девять. — Может быть, как обычно, встретимся в кафе или…
— Я сказал. В восемь. На кафедре, — зло повторил Олег и отключился. А я упала на кровать, пытаясь прийти в себя и понять, что происходит и почему во всем виновата моя скромная обольстительная персона.
