— Ах да, точно, как же я могла забыть об этом? Я переведу тебе на карту, — хмуро ответила я.
— Не надо.
— Послушай, у тебя что, комплекс? — не выдержала я.
— Возможно, — отозвался Олег. Он шел быстро, и мне приходилось подстраиваться под его шаг. То есть, приходилось почти бежать.
— Боишься показаться бедным? Или недостойным своей женщины? — весело спросила я.
— Не люблю казаться слабым, — последовал четкий ответ.
— Не оплатить дорогущее платье какой-то там непонятной девице — это слабость?
— Рад, что у тебя так хорошо развита самокритика, — отозвался Олег и резко остановил меня — на нас из-за угла вдруг не наехала целая вереница тележек из ближайшего гипермаркета.
— Я не хочу казаться человеком, который не в состоянии заплатить за тряпки девушки.
— Тряпки — скажешь тоже, — оскорбилась я. — Это платья из последней коллекции!
— А выглядят как тряпки, — отрезал Олег.
— Я тебя поняла. Но знаешь, у меня другой комплекс — я не люблю быть в долгу. И что мы теперь будем делать? — спросила я, вновь с трудом поспевая за ним.
Ответа не последовало — мы пришли к выходу, где вот-вот должна была появиться Окладникова. Пришлось встать на самом видном месте, рядом с сенсорным киоском, предназначенным для интерактивной навигации по торговому центру.
— И что будем делать? Вцепимся друг в друга, когда появится Васька? — спросила я. Олег только кивнул. Но она все не шла и не шла. Застряла в своем фитнес-клубе. А я не могла заставить себя перестать смотреть на его губы.
— Может быть, сейчас начнем, Олег Владимирович? — спросила я хищно.
— Прямо сейчас? — зачем-то уточнил он.
— Нет, сначала составим график и целоваться начнем согласно плану! — всплеснула я руками. — Естественно, сейчас. Когда эта дура появится, непонятно.
— Василина, — педантично поправил меня Олег.
— Дура Василина, — согласно кивнула я. — Ну, начинаем?"
"«Начинай», — говорил его странный пристальный взгляд. На какое-то мгновение мне показалось, что он недоволен, что не хочет всего этого фарса, но я выбросила эти мысли из головы — сердце вдруг стало так громко и так отчаянно стучать, что мне стало не до этого.
Я шагнула к Олегу, привычно положила руки ему на шею и взглянула в лицо: темные, чуть прищуренные глаза, плотно сжатые губы, упрямый подбородок, под которым мне всегда хотелось его пощекотать, как кота.
— Ты готов, любимый? — ласково спросила я и уткнулась носом ему в плечо, вдруг почувствовав себя легко-легко. — М-м-м, мне все-таки так нравится твой одеколон со смородиной.
