— Кто это такая, Олег? — с любопытством спросила брюнетка, довольно уверенно держась за рулем.
— Без понятия, Ада, — скупо отозвался тот, проверяя рабочую почту — снова множество писем.
— Вы так мило ворковали. Я думала, это твоя новая подружка, — улыбнулась девушка. — Очередная студентка.
Олег поднял на нее неприятный взгляд и сухо ответил:
— У меня была только одна девушка-студентка. И заметь — не моя. Училась на другом факультете.
— Мне вот интересно, а как ты вообще познакомился с этой Василиной? Ну, чего ты молчишь? Мне же интересно!
Олег проигнорировал этот вопрос.
Он всегда так делала, когда не хотел отвечать. И Ада знала, что пытать его смысла нет. Не хочет отвечать — не ответит. Слишком упрямый, слишком своенравный, слишком властный. Характер у него был отвратительным — таких, как Олег, нужно либо принимать со всеми достоинствами и недостатками, либо исключать из своего круга общения. Хотя обычно происходит наоборот — он сам исключает тех, кто ему не нравится. В плане общения он настоящий привереда.
— Ладно-ладно, не хочешь говорить — не надо! Знаешь, вокруг тебя столько смазливых молодых девчонок, что я не удивлюсь, если ты женишься на студентке, — весело продолжила Ада. — Я уверена, что студентки тебе прохода не дают. Не спорь — ты именно из тех преподов-мужиков, в которых влюбляются по уши.
— Для них я козел, — усмехнулся вдруг Олег, откидываясь на спинку кресла.
— Красивый козел, — заметила Ада. — А это опасное сочетание. Берегись. Иначе на тебя скоро наденут ошейник и затянут так туго, что единственное слово, которое ты сможешь сказать: «Люблю».
— Буду иметь в виду, — хмыкнул Олег. Такие студентки безумно его раздражали. Он терпеть не мог, когда на него вешались.
На какое-то время они замолчали. Он задумчиво отвечал на письма, она сосредоточенно вела машину.
— А эта девчонка ничего так, — сказала вдруг Ада, останавливаясь на светофоре, чтобы пропустить пешеходов. — Вы хорошо смотрелись вместе.
— Какая девчонка? — не сразу понял Олег. В этот момент он набирал ответ на английском своему коллеге из Калифорнийского технологического института, с которым вел активную переписку.
— Которую ты не вытащил из сугроба, — хихикнула Ада. — Это твоя студентка?
— Это мое проклятие, — ухмыльнулся он. — Свалилась на мою голову. Бегает за мной второй день. Пытается дискредитировать и несет невозможную чушь. Мне кажется, скоро я открою холодильник, а оттуда вылезет эта наглая девица и начнет верещать, как ей жаль.
Олег вновь вспомнил ее.
