Восход багровой ночи

– Но сами тексты песен могли быть и получше? – усмехнулся Корф.

– Верно, – кивнул Тимофей.

– Отлично. Ведь мы здесь не только для того, чтобы слушать музыку.

– Правда?

– Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал.

Тимофей удивленно обернулся. Корф не сводил с него серьезного взгляда.

– Ты должен продемонстрировать мне, как уже научился управлять своим даром, – произнес он, буравя Зверева пристальным взглядом. – Мне нужно публичное проявление твоих сил.

– Но я уже делал такое раньше! В горящем кинотеатре.

И ничем хорошим это не кончилось…

– Теперь все будет иначе, Тимофей. Теперь ты с нами. Тушить ничего не придется, – заверил его Корф. – А вот поджечь…

– Хотите, чтобы я устроил пожар?! – не на шутку перепугался парень.

– Именно. Прямо на сцене. Пусть все выглядит как несчастный случай. Замыкание электропроводки или что-то в этом роде.

– Вы с ума сошли? – на всякий случай поинтересовался Зверев.

– Отнюдь, – улыбнулся Корф, но глаза его оставались ледяными. – Я должен понимать, можем ли мы на тебя рассчитывать.

Впереди еще много испытаний, и это – самое незначительное из всех. Докажи мне, что ты достоин. Что ты тот, кого мы ждали все это время!

– Но… Но ведь могут погибнуть люди!"

"– Не обязательно. Здесь все зависит только от тебя. Ну и от них самих, конечно. От того, как толпа поведет себя в чрезвычайной ситуации. Так ты выполнишь мою просьбу или нет?

– Выполню, – со вздохом сдался Тимофей. Что еще ему оставалось? – Только скажите, когда…

– Ближе к финалу концертной программы, – удовлетворенно кивнул Корф.

 – Не станем лишать удовольствия наших девушек, они ведь так долго этого ждали. Я подам тебе сигнал.

Это задание Тимофею совсем не понравилось. Ничего хорошего из этого точно не выйдет. Но не стоит разочаровывать Корфа. Да и отказываться как-то неловко, ведь тот столько для него сделал. К тому же родня, хоть и дальняя… Не стоит сейчас портить отношения с Кланом.

Дамиан продолжал петь, умудряясь при этом очень энергично двигаться. Каждая его песня срывала продолжительные овации и дикий восторг толпы.

Но Тимофею теперь было не до веселья, он с замиранием сердца ожидал сигнала Корфа.

И вот наконец тот положил руку ему на плечо.

– Пора, – шепнул Корф, и Тимофей нехотя кивнул.

Он внимательно осмотрел сцену и декорации, затем сосредоточился, крепко сжав кулаки. И тут же ощутил знакомое жжение в груди, которого уже долго не испытывал.

Его тело охватило тепло, которое становилось все сильнее.