Восход багровой ночи

 – И они будто поклоняются ему, человеку в кресле…

– Мы все видим одно и то же! – воскликнула Дасова.

– Может, потому, что дар предвидения у вас сильнее, чем у всех остальных? – предположила Карина. – У Жени тоже сильный, но про утопленниц она нам ничего не рассказывала.

– Может, просто не успела? – сказала Луиза Соловьева, приближаясь. – Расскажет еще, когда очнется.

Все замолчали. Карина всячески отгоняла от себя мрачные мысли, но они все чаще лезли в голову. А если Женя не придет в себя? Что тогда? Судя по лицам окружающих ребят, все они сейчас подумали о том же.

Перед ужином Карина и Луиза заглянули в комнату Марины, чтобы посмотреть на ее рисунки. Алиса и Димка увязались с ними, всем было интересно посмотреть на мавок.

Комната Дасовой напоминала картинную галерею. Марина рисовала не так хорошо, как Стас Кащеев, но зато очень много. Карандашные портреты монстров всех мастей покрывали стены комнаты, и мавкам среди них было отведено особое место.

– Иногда у меня случаются видения, – призналась Марина, пока изумленные ребята разглядывали ее шедевры.

 – Тогда я беру карандаш и блокнот и просто рисую. Иногда, позже, даже вспомнить не могу, что именно видела. Тогда беру блокнот и все вспоминаю. Но такое лучше и не помнить.

– Это же порча! – воскликнул Димка, указав на один из рисунков. На нем они увидели огромного черного паука, нависшего над легковой машиной. – Мы видели это у кинотеатра, когда едва не погиб отец Клима!

– Верно, – удивленно признала Алиса. – А это… Свежеватели?

На следующем рисунке две огромные крысы нападали на горстку подростков в лесу.

– Это же мы! – потрясенно сказала Карина, узнав себя на картинке.

– Я ничего этого не видела воочию, – призналась Марина. – Лишь потом, когда узнавала о случившемся, понимала, что уже рисовала все это раньше…

– Что ты нарисовала последним? – поинтересовалась Алиса."

"Марина открыла блокнот и показала ребятам свежий рисунок. На нем был изображен гигантский грязный младенец с черными провалами вместо глаз, ползущий по темному лесу.

Позади него виднелись три женские фигуры с длинными волосами. Мавки. Тощие, темнокожие, покрытые трупными пятнами, они будто подсказывали ему дорогу. Димка передернул плечами, содрогнувшись от отвращения.

– Кто они такие вообще, эти мавки? – спросил он.

– Один из видов русалок, – ответила Алиса, рассматривая рисунок. – Относятся к темным Первородным, смертельно опасная нежить… Это либо воскресшие утопленницы, либо девочки, похищенные и проклятые нечистой силой.