По большому счету, я просто стоял и ждал распоряжений. Видел, как пару раз выглядывали паханы, и подмигнул им, чтобы успокоились. Представляю, что там у них сейчас в головах творится.
— Я бросил вызов, — вдруг привлек внимание Суханов. — И как аристократ требую, чтобы мне официально ответили. Будет ли дуэль с Солнцевым, или подполковник не разрешит своему мальчику пострадать в ней?
Вот сука! Решил постоять за своего генерала и попытался ткнуть Трутня. С мастером у меня нет шансов. Тем более я до сих пор не восстановился нормально.
— Отчего ж не будет? — улыбнулся Весемир. — Как я могу помешать аристократам решить свои сложности в честном поединке? Сегодня вечером на центральной улице Тобольска. Пусть все посмотрят на вашу дуэль.
— Отлично! — оскалился Даниил Лукич. — Жалеть наглеца я не буду.
— Так, может, тогда объявим до смерти? — рассмеялся Трутень.
— Я согласен! — сразу же ответил Суханов.
— Вот и отличненько!
Весемир, собака сутулая! Ты чего творишь, пес⁈ Пока эти идиоты игрались, я смотрел то на одного, то на другого.
Трутень, тварь… Какая, к черту, дуэль до смерти? Ты с дубу рухнул? Меня же порвут! Я тут что, горбатился, чтобы ты потом избавился от меня? Скотина!
Сдерживал свой поток эмоций, чтобы не высказать подполковнику в лицо все, что я думаю о нем и этом разговоре с Сухановым. Мог же послать урода? Сослался бы на то, что они под следствием, и, пока не будет решения, никаких дуэлей. Но нет…
— Борис, — подошел ко мне Трутень. — Молодец!
— Вы не представляете, как я счастлив! — растянул улыбку.
— Почему мне кажется, что это неправда? — прищурил один глаз подполковник.
— Что вы… Я просто мечтаю сойтись с магом уровня «Мастер» в смертельном поединке. Это та самая награда, которую желаю, — съязвил я.
— Вот! — хлопнул он по плечу и рассмеялся. — Я тоже так думаю!
У меня хрустнули костяшки на пальцах, но сдержался. На самом деле, я бы с удовольствием приготовил пятьдесят крученых пуль и направил все в морду Трутню. Понятно, что они не причинили бы урона, но улыбку точно сбили с его довольной рожи!
После мне приказали разоружить низших.
Уж не знаю, откуда у них сведения, что эти люди мне подчиняются. Направился в трущобы."
"— Господин! — обратились паханы. — Отныне все мы служим вам. Вы спасли нас. Каждый видел, как вы стояли с генералом на равных, как призвали его к ответу. Если и есть в мире босс, который достоин, чтобы приказывать нам, то это вы!
Тут я сработал отлично. Трущобы мои, точнее, люди, живущие в них.
