Восхитительная ведьма

– Да, Мира, два годика, – потупила я глазки.

– Скоро еще и Аристарх появится. – Олег вдруг положил мне руку на живот. – Жду не дождусь.

– Нет, дорогой, мы его в честь тебя Геннадием назовем, – ответила я.

Владыко нахмурился, а я обрадовалась. Уделала его!

– Счастья вам, – расчувствовалась медсестра, ничего не подозревая. – Такая пара замечательная.

Мы синхронно улыбнулись медсестре и вышли наконец из душного помещения на улицу.

– Почему Аристарх? – первым делом спросила я.

– А почему бы и нет? – пожал плечами Олег.

 – Вы же выдумываете глупые имена.

– «Мира» – красивое имя! – возразила я.

– «Владыко Мира» – просто потрясающая аллюзия на вашу глупость. Дайте мне правую руку и идемте, – велел Олег.

ТЕМНОВОЛОСЫЙ ВЫСОКИЙ молодой человек выбежал из клуба «Бархат» так быстро, словно за ним гнались. На ходу он застегнул черное пальто, которое ужасно его раздражало. Он купил это пальто за какие-то неоправданно большие деньги только ради нее. Знал, что ей нравится такой стиль. Нравится, когда в образе есть налет элегантности, которая была ему чужда.

«Настоящий мужчина должен быть элегантным, уверенным и сильным», – говорила ему Василина, когда они встречались. Это было давно, словно в прошлой жизни. Тогда Василина была с ним мила, нежно целовала и называла своим медвежонком, когда они лежали в одной постели, укрываясь теплым пледом и прижимаясь друг к другу плечами, чтобы согреться. За окном падал снег, ярко светилась новогодняя иллюминация, а в углу всеми огнями сверкала елка. Он никогда не любил Новый год и не украшал дом, считая это глупостью.

А вот Василина любила этот праздник больше дня рождения и светилась от радостного предвкушения. И ради нее он поставил дома эту чертову елку и развесил всюду гирлянды. Ему-то было плевать, а его девочке нравилось. Ради нее он был готов на все. Думал, что и она готова, но оказалось, что нет.

Василина бросила его душным осенним днем, когда холодное вечернее солнце освещало его комнату, оставляя на светлых стенах янтарные следы. Его нежная девочка пришла к нему домой с пакетом, в котором принесла его любимую выпечку и свое любимое фисташковое мороженое, погремела посудой на кухне и зашла в его комнату.

Как обычно, встала у него за спиной, пока он писал программу, и сказала: «Андрюш, нам нужно расстаться».

Он сначала ничего не понял, а когда до него дошло, вскочил, перевернув ноут. «Ты шутишь?» – спросил он, тяжело дыша и не веря в то, что она говорит. Ему казалось, будто бы это затянувшийся ночной кошмар.