Восхождение язычника 4

Еще обсудили, какой товар в Ромею отправлять с Колояром, сошлись, что ставку делать надо на меха и воск. Про светочи Венетия я упоминать не стал, рано, да и непонятно, сколько там и чего может выйти.

Утром мы покинули Димитра с двумя ведрами, полными сочных персиков, и вернулись в загородное поместье. Я начал впрягаться в хозяйственные дела, тренировки с бойцами, игры с Велемаром и жаркие ночи с Боженой, все было отлично.

Заготовка всего и вся шла полным ходом. Сушились травы, ягоды и грибы, принесенные из леса.

Ловилась и тут же сушилась, коптилась и солилась рыба. Мои же бойцы, помимо тренировок, повадились ходить в лес на охоту, ведь все любят кушать, а вкусно кушать любят еще больше. Если летом разнообразие еды имелось и прокормиться было легко, то вот зимой с этим проблема, что успел заготовить, то и ешь.

Во всем этом я принимал деятельное участие. А с засолкой рыбы решил провести эксперимент, ведь здесь рыбу солили на сухую, слой за слоем, и других способов не знали, в том числе и о том, что можно солить в рассоле.

Как мне помнилось, такой способ давал возможность хранить дольше. В прошлом мире дед постоянно так солил сало, и получалось оно вкуснейшим, так что же не попробовать посолить рыбу в рассоле для начала?

Рыбу выбирал для этого дела небольшую по местным меркам, с локоть длиной. К тому же специи еще были, лавровый лист и перец горошком, да и по моему приказу принесли от Димитра пару головок чеснока. За моим экспериментом наблюдали с интересом как местные холопы, так и мои соплеменники с ромеями, всем было интересно, что из этого выйдет.

Вышло семь бочонков разной рыбы пряного посола. Зимой откроем и испробуем, надеюсь, будет вкусно и никто не отравится.

Амбары потихоньку наполнялись, и время летело неумолимо. Вовсю лили дожди, а деревья окрашивались в желтый и оранжевый цвет.

В один из вечеров на очередных посиделках, устроившись в обнимку с Боженой и Велемаром в общем зале длинного дома возле очага, под неспешный рассказ Фомы о великом Юлии Цезаре, я своим даром жизни почувствовал смерть неподалеку.

У меня аж мурашки по всему телу пробежали, и стало противно. Ведь я совсем такого не ожидал.

Аккуратно я выпустил из объятий Божену и напряженно привстал.

— Ты чего, Яромир? — спросила потревоженная Божена.

— Ничего, лежи, — серьезно ответил я.

«Неужто на нас напали?» — мелькнула мысль в голове.

[1] Тын — ограда, деревянная крепостная стена.