Восхождение язычника 4

Чуть дальше группа людей в богатых одеждах и с десяток дружинников, присмотревшись, среди них я узнал Добрыню, значит, рядом и князь Владимир, видимо, это его помощь.

Чуть в стороне собирали погребальные костры, и к ним приносили тела людей, вой и плач до небес, там вовсю руководили местные жрецы, выделяющиеся своим одеянием на всеобщем фоне.

— Ужас. Бедные. Как же они теперь, — раздались причитания женской части моего отряда. Мужчины лишь молча смотрели на происходящее, желваки играли на их лицах. Видимо, каждый представил себя на месте погорельцев.

Скинув заплечный мешок на землю, я развязал тесемки и достал небольшой мешочек, в котором было пяток «горючих камней», прикоснувшись к ним, я их активировал, и они сразу начали греть.

— Ирина, вот, держи, — протянул я их сестре Димитра.

— Э, спасибо, а зачем? — об этих артефактах она знала.

— Сейчас идете на подворье брата, растапливаете очаги и подогреваете воду, камни же разложите во всех строениях, чтобы было тепло. Мы там раненых будем размещать: амбары, стайки, неважно.

Припасы тоже забирайте. Они тут ни к чему и пригодятся, чтобы раненых кормить, о которых мы позаботимся. Людьми, которых принесут, сразу начинайте заниматься и лечить. Думаю, Ружица разберется, — к моим словам все внимательно прислушивались.

— Поняла, — кивнула она.

— Гостивит, Дален, Ростик, Могута, Вторак, со мной останетесь, я буду раненых отбирать, а вы на подворье к Димитру носить. Так что забирайте подходящие шкуры, чтобы было сподручно таскать людей, остальное отдайте, — распорядился я и, подав пример, просто сунул свой заплечный мешок Димитру.

И двинулся в сторону причитающей над телами с детьми матери.

Работы предстоит немало.

Пострадавших было много, с разными ранами, из которых ожоги различной степени самые распространенные. Отбирать я старался только тех, кому реально мог помочь и спасти, не сильно тратя магию жизни. Тех же, кто пострадал достаточно сильно, я оставлял. Было трудно и тяжело обрекать людей на смерть. Мне приходилось делать выбор: спасти одного тяжело раненого или пятерых тех, на кого уйдет меньше моих сил.

Не зря говорят, что у каждого врача за плечом свое персональное кладбище.

Некоторых раненых приходилось вырывать с боем. Убеждать их самих или их родичей, что я могу помочь. Причем многих на подворье к Димитру сопровождали родичи, не желая расставаться с близкими.

После того как я закончил отбирать раненых, парни уже еле стояли на ногах, устав их носить на подворье Димитра.