Восхождение язычника 5 (СИ)

— Может, слышал, что легко могу это сделать. Да одежку ему чистую подобрали. Али ты думаешь, я врать буду? Может, мне стоит виру требовать для моего человека? — перешел я в атаку.

— Так ты же их побил, — возмутился Лим.

— А что же они здесь тогда делают? Коли сами знают, что сотворили и за что получили.

Лим ожег побитых злым взглядом.

— Накажу, — только и вымолвил он, сжав кулак.

Я лишь пожал плечами, мне эти детские разборки были неинтересны, как и вира с двоих дураков. На этом весь инцидент был разрешен.

С утра наша армада из кораблей вновь отправилась в путь, и через несколько дней мы достигли очередной песчаной косы, а после и в Неман завернули. Пройдя по реке километр, на левом берегу мы увидели город Лабен, окруженный деревянной стеной. На причале возле города стояло с десяток кораблей семь малых ладей, три кнорра и один драккар.

— Это мы удачно пришли, — произнес я себе под нос.

Один из больших кораблей надо будет обязательно себе выбить, а желательно даже два, драккар и кнор.

Как только суда пристали к берегу, мы тут же высыпали на землю. Часть бойцов устремилась к стоящим судам, на которых были защитники-сторожа, через минуту все было кончено, и живых там не осталось.

Стражники города не спали в этот момент, и, завидев такую расправу, над городом прогудел рог, и ворота спешно начали закрывать.

Бойцы в скором порядке начали одевать броню, минут двадцать, и все были готовы.

Я или Могута могли легко сломать ворота, но мы, переглянувшись, поняли, что не стоит лезть вперед отцов.

В один миг вся людская масса двинула к городу, и в нашу сторону полетели редкие стрелы, толку от этого было немного. Отец и дядька Беляй вышли вперед и продолжили двигаться в сторону ворот, с каждым шагом ветер вокруг них усиливался. А летящие в их сторону стрелы стали бесполезны, их просто сносило ветром в сторону.

Остановились метрах в семи от ворот, потоки ветра будто взбесились, пыль начала подниматься в воздух, и первым начал отец. Он взмахнул рукой в сторону ворот, тут же в них пришелся воздушный удар, и они содрогнулись.

— А-а-а, — кто-то из противников не удержался на крепостной стене и с нее свалился прямо на землю, там и остался лежать.

Тут свой удар нанес дядька Беляй, вскинув руку, и ворота вновь содрогнулись, заскрипели и выгнулись, но устояли. Еще четыре удара понадобилось, чтобы они распахнулись, покосившись.

— Вперед, — раздался крик, и масса народа устремилась в ворота.