Восхождение королей

Было понятно, что Лорен никогда раньше не рассматривал такую мысль. У Лорена было свое слепое пятно, когда дело касалось его дяди. Я не думал, что он действительно попытается убить меня. После всего… даже после всего.

Всегда казалось бессмысленным, что Виирийская армия атаковала на открытом поле, когда их стратегическим преимуществом всегда были форты. В день, когда Виир сражался с Акиэлосом при Марласе, между Регентом и троном стояло три человека, но чего нельзя исправить в хаосе битвы?

Дэмиен подумал о Говарте во дворце, распускавшем руки с одним из Акиэлосских рабов Регента.

Представлять собой угрозу для Регента было опасным наркотиком, пьянящим и ужасающим. Шесть лет постоянно оглядываться, ожидая удара меча, не зная, когда и как он будет нанесен, но точно зная, что он придет. Дэмиен задумался, была ли жизнь у Говарта до того, как власть и страх погубили его.

Дэмиен вспомнил, как тяжело дышал его отец, лежа в постели, вспомнил об Орланте, об Аймерике.

Он вспомнил о Никаисе в просторной ночной рубашке в коридоре, когда застал его замешанным в чем-то слишком серьезном для него.

И теперь мертвом.

— Вы верите этому? Лжи врача и продажного мальчишки?

Голос Гийона звенел в тишине. Дэмиен посмотрел на Советников, самый старший среди которых поднимал глаза от бумаг.

— В Никаисе было больше благородства, чем в тебе, — сказал Герод. — В итоге, он оказался более преданным Короне, чем весь Совет.

Герод шагнул вперед. Он использовал золотой скипетр как посох, пока шел. Все взгляды были прикованы к нему, когда он прошел через зал, остановившись перед Лореном, которого все еще крепко удерживал один из солдат его дяди.

— Мы были здесь, чтобы хранить престол, и мы подвели тебя, — сказал Герод, — мой Король.

И он опустился на колени с медленной тщательной осторожностью старого человека на мраморный пол Акиэлосского зала.

Видя изумленное лицо Лорена, Дэмиен осознал, что сейчас произошло нечто, чего Лорен себе не представлял. Никто не говорил ему раньше, что он достоин быть Королем.

Словно мальчик, которого впервые похвалили, Лорен не знал, что делать. Вдруг он показался совсем юным, его губы безмолвно приоткрылись, щеки покрылись румянцем.

Йурре поднялся. Под взглядами наблюдателей, Йурре отошел от Советников и пересек зал, где упал на одно колено рядом с Геродом. Через мгновение за ним последовал Шелот. Затем Один. И, наконец, как крыса, покидающая корабль, Мате отошел от Регента и поспешил опуститься на одно колено перед Лореном.